Доктор Данилов в дурдоме, или Страшная история со счастливым концом

Скажите, пожалуйста, а как вы себя чувствуете в смысле душевного состояния? Есть ли какая-то тревога или некая неопределенность?

– Неопределенность есть.

– Какая же?

– Думаю, в какую палату вы меня поместите. В казарму на двадцать коек или в двухместную с тихим соседом, который не храпит по ночам.

– У нас, к сожалению, нет двухместных палат. Только четырехместные.

– А если к вам директор департамента ляжет? Вы его тоже в четырехместную запихнете?

– Владимир, давайте не будем отвлекаться. А то мы и впрямь до утра не закончим.

– Ближайшее или отдаленное?

– И то, и то.

– В ближайшем вы отправите меня в четырехместную палату, а в отдаленном я помру.

– Вас это тяготит?

– Четырехместная палата? Конечно! Знаете ли, я всю жизнь находился по ту сторону баррикад, и вдруг очутиться по другую, да еще в четырехместной палате…

– Владимир, я имела в виду смерть…

– Нет, Мария, не тяготит. Особенно с учетом причины моей госпитализации.

– Увы, что есть, то есть. Чем богаты… Но если это вас очень сильно тревожит, то я могу поместить вас в изолятор на короткий срок. Для адаптации.

– Спасибо, не надо. Давайте уж в палату. В холодную воду, знаете ли, надо бросаться с разбегу.

– Интересные у вас сравнения. Чувствуется богатое ассоциативное мышление.

Или ты начнешь отвечать на вопросы кратко и односложно, или выйдешь отсюда законченным, готовым шизоидом. «Да» или «нет», и ни словом больше! И так уже наболтал много лишнего.

– Владимир, испытывали ли вы периоды угнетенности, грусти или даже безнадежности?

– Испытывал.

– Как часто?

– Один раз. Недавно. Когда хоронил мать.

– Извините, я не хотела причинить вам боль…

А зачем ты тогда тут сидишь? Или, по-твоему, мы ведем приятную светскую беседу?

– А испытывали ли вы состояние полной безрадостности, когда вам все безразлично?

– Испытывал. Вот, например, сейчас.

– А до того?

– Не помню.

– А памятью своей вообще-то довольны?

– Вполне.

– Ощущаете ли вы сейчас некоторую заторможенность?

Конечно, ощущаю. Что, интересно, должен ощущать самоубийца-неудачник? Эйфорию? Жажду жизни? Любовь к природе? Или желание, чтобы его оставили в покое? Вопрос на засыпку…

– Ощущаю. От усталости.

– Это закономерно. – Доктор покивала головой. – А вы способны думать о приятном? О том, что обычно доставляет вам удовольствие?

– Способен, но не сейчас.