Доктор Данилов в тюремной больнице

– Обычно мы больных в палатах не запираем, – прокомментировала Бакланова, заметив удивление Данилова, не ожидавшего увидеть засовы на дверях, – но всякие бывают ситуации. Иногда приходится.

Койки и тумбочки в палатах были привинчены к полу, что сразу напомнило Данилову психиатрическую клинику.

Из пятнадцати коек было занято всего три кровати в одной палате.

– Этих возьмете себе, – Бакланова поочередно указала взглядом на двух больных, – Саркисов с пневмонией, а Ежевичкин – диабетик. А Гвозденко – хирургический.

Больные лежали на кроватях не в черной форме, а в спортивных костюмах, заменявших им больничные пижамы.

– Вы всех помните по фамилиям? – спросил Данилов, когда они вышли в коридор.

Вопрос, заданный без всякой задней мысли, начальнице понравился.

– По фамилиям, по отрядам, многих еще и по срокам и статьям, – ответила она. – И откуда они, тоже помню.

– Лариса Алексеевна все помнит и видит! – сподхалимничал Мосолов.

– Не лезь в чужой базар, Мосол! – осадила его Бакланова.

 – Когда тебя спросят, тогда и рот откроешь! Тоже мне, нашелся комплиментщик! И попробуй еще раз назвать меня не так, как положено…

– Извините, гражданин майор! – Мосолов вытянул руки по швам. – Больше не повторится!

Данилов вчера прошел инструктаж и знал, что заключенные (слово осужденные пока еще не укрепилось в его лексиконе) должны обращаться к сотрудникам на «вы», называя «гражданином» или «гражданкой», далее по званию или должности.

Мосолов почему-то называл женщину «гражданином», то ли оговорился, то ли здесь так принято. Данилова, как неаттестованного сотрудника, следовало называть «гражданин врач» или «гражданин доктор». Он подумал, что это звучит прикольно, не смог удержаться от улыбки.

– Не вижу повода для улыбок! – нахмурился заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе подполковник Пецоркин, проводивший инструктаж. – Стоит только на шаг отступить от инструкций и дать послабление, как спецконтингент сожрет вас с костями и дерьмом! Сегодня обратятся не так, как положено, а завтра попросят…

– Пронести на зону водку или чай.

– Вот-вот! Вижу, что вы все понимаете…

Подполковник Пецоркин был невысок, худощав, лыс и очень энергичен. Инструктаж растянулся на добрых четыре часа. Первый час Данилов читал инструкции и приказы, затем слушал то же самое в пересказе с комментариями и отвечал на вопросы, закрепляя полученные знания.