Ничего не бойся. Том 1. Глава 1, 2

И тогда он повторил: «Проснись, Пэтти!». Патрисия открыла глаза и увидела сидящую напротив Ольгу, которая держала в своей руке её руку, повторяя вновь и вновь: «Пэтти, проснись!». Патрисия, увидев её, разрыдалась. Ольга достала из сумочки носовой платок и протянула Патрисии со словами: «Пат, на вот, возьми. Всё будет хорошо, дорогая. Я с тобой». Патрисия взяла платок, вытерла слёзы и, высморкнувшись, вернула платок обратно. Ольга бубнила что-то, совершенно непонятное. Пытаясь прийти в себя, Патрисия никак не могла выбросить из головы то, что только что увидела во сне.

С тех пор, как папы не стало, она никогда ещё так отчётливо не видела его, не чувствовала его присутствие. И она поняла – это был некий знак свыше. Немного успокоившись, Патрисия сказала: «Ольга, ты как будто читаешь мои мысли». «Ты о чём, Пат?» – спросила Ольга. «Вот об этом» – бросила Патрисия чуть ли не выхватывая из рук Ольги стакан с виски. Ольга слегка ошарашено взглянула на неё и сказала: «А-а, ты об этом». Патрисия пригубила виски и с жадностью набросилась на пиццу. Ольга смотрела на эту картину с улыбкой, и, кивая головой, произнесла: «Да ты ж моя маленькая! Дитятко с голодающего Поволжья! Кушай, кушай, моя милая. Мамочка ещё принесёт». Патрисия при этом уставилась на Ольгу, не понимая смысла только что произнесённых ей слов. «Это ты что только что сказала?» – спросила она Ольгу. «Знаешь, мой отец русский, а мать украинка» – начала Ольга. «Я это и так поняла. По твоему имени. И по акценту» – парировала Патрисия. «Надо же! Неужели?» – шутя ответила Ольга и продолжила: «Есть в Сибири такой город Новосибирск. Вот там я и родилась. Мой отец скульптор и художник. Он по сей день живёт здесь, в Торонто. Точнее мы живём вместе. Его зовут Владимиром. Дело в том, что моя прабабушка и прадедушка были духоборами». «Что ещё за духоборы? Кто это?» – спросила Патрисия. Отхлебнув виски, Ольга кликнула по экрану своего телефона, прочитала какое-то сообщение и продолжила: «Ну, это была такая русская религиозная группа, или, точнее сказать движение, возникшее во второй половине восемнадцатого века. Они отвергали внешнюю обрядность православной церкви. Этакие христианские пацифисты. Сами они не православные. Тогдашний архиепископ Амвросий назвал их духоборами, утверждая, что эти люди противники святого духа.