Ничего не бойся. Том 1. Глава 1, 2

Ты знаешь, этот управляющий такой добросердечный и чувственный человек, что он в качестве исключения позволил мне забрать ту фотографию, предварительно сделав её копию. Таким образом оригинал фото попал ко мне. И сейчас это фото перед тобой, в этом бумажнике. Я хотела, чтобы он всегда оставался со мной, поэтому я обрезала фото и вставила в свой бумажник». Произнеся всё это, Ольга поднесла ладони к лицу, закрыв ими глаза, а Патрисия, глядя на неё молча рыдала не в силах проронить ни слова. Так они сидели и молчали пару минут.

Ольга, немного успокоившись, достала салфетку для себя, а одну предложила Патрисии, которая была вне себя от нахлынувших на неё чувств. «Спасибо, Оля! Спасибо, родная!» – сказала Патрисия, принимая салфетку. Ольга глубоко вздохнула и промолвила: «Пат, знаешь, а ты вынь фото из-под плёнки, вынь! А то так-то совсем почти не видно ничего. С годами плёнка прилично потускнела. Более того, она матовая. Да и сама фотография побывала там, откуда никто не вернулся. Так что, качество не ахти какое. Но, разобрать можно. Посмотри на то, какие это были прекрасные люди и необычайно красивые мужчины!». Патрисия вновь раскрыла бумажник. Она вытащила фотографию из-под плёнки и стала внимательно рассматривать её. Сначала её взгляд упал на лицо Дэйва. Крепкого телосложения, молодой, красивый мужчина, лет сорока, стоял улыбаясь у трапа самолёта. Рядом, заведя руку ему за спину и обнимая за плечо, стоял другой мужчина, лет пятидесяти. Патрисия взглянула на него и в тот же миг потеряла дар речи. С фотографии на неё смотрел её отец. Ольга ещё продолжала что-то говорить, но Патрисия уже не слышала. Она слышала только лишь удары собственного сердца и какой-то звенящий шум, который раздавался у неё в голове. Перед глазами всё поплыло, голова пошла кругом и стало вдруг темно, словно кто-то в одно мгновение выключил свет. Её глаза медленно закрылись, и она потеряла сознание.

«Патрисия! Эй! Пат! Дорогая! Что с тобой? Очнись!» – приглушённо, словно из большой металлической бочки доносилось до неё сквозь пелену помутнённого сознания.

Она пыталась прийти в себя, едва различая расплывчатые лица, склонившиеся над ней, не понимая, что происходит. В нос ударил резкий запах нашатыря, который в тот же миг вернул её к реальности. Будто заново родившись, она с вопрошанием смотрела то на Ольгу, то на бармена, глядящих на неё сверху. «Пат, ты как? Как ты себя чувствуешь?» – держа Патрисию за запястье, спросила Ольга, пытаясь нащупать её пульс.