Криминальные будни психиатра

Будучи человеком мнительным, Николай Николаевич очень боялся инсультов с их беспомощностью и онкологических заболеваний, убивающих не сразу, а долго и мучительно. Легкая смерть – что может стать лучшим завершением долгой хлопотливой жизни? Раз – и все.

Мечта Николая Николаевича почти сбылась – можно считать, что он умер во сне. Хоть и проснулся, но понять, что проснулся, и ощутить боль не успел. Острие шампура был заточено на совесть, поэтому вошло в тело как в масло. Верный глаз и твердая рука убийцы (где вы, герои Фенимора Купера?) обеспечили точное направление удара.

Пройдя между ребер, шампур проткнул левое легкое, задел левый главный бронх и вошел в сердце. Прошел его насквозь и остановился, когда острие уперлось в грудину.

Убийца задержался на пару секунд, чтобы полюбоваться алым пятном, расползающимся по белой сорочке жертвы, а потом достал из кармана лист, свернул его трубочкой и вставил в ушко шампура. Стало казаться, что генерального директора про ткнули гигантским штопором.

Спустя семь минут после ухода убийцы в приемную вернулась Мария Андреевна и продолжила работу. Редактирование новой инструкции по технике безопасности она совмещала с общением в «Одноклассниках». В половине четвертого Мария Андреевна заволновалась – что-то слишком разоспался сегодня Николай Николаевич, все ли с ним в порядке? – и отправилась на разведку…

Первым на ее вопли прибежал главный инженер Мурадян. Увидев заколотого директора, он побледнел, пробурчал себе под нос что-то по-армянски и увел (практически – уволок) Марию Андреевну в приемную, где усадил за стол, погладил по голове и заставил выпить стакан воды.

Кто первым придумал, что питье воды успокаивает, и почему ему поверило человечество? Что успокаивающего в этой воде? Да ровным счетом ничего, но люди пьют и успокаиваются, потому что верят. Синдром плацебо.

Вторым явился старший кладовщик Казначеев, главный складской кляузник. Пришел, увидел, выбежал в коридор и начал заполошно орать:

– Николаича убили! Зарезали Николаича!

До прибытия полиции (никого из оперативников, работавших по прежним убийствам, как назло поблизости не оказалось) в директорском кабинете успело побывать не менее полусотни человек.

Затоптали пол, захватали лист с кулинарными рецептами, хорошо еще, что никто шампур на память не прихватил.

Какими бы черствыми, грубыми и злыми ни казались люди, в глубине своих душ они не так уж и плохи.