Сестры Карамазовы

 – Все они сволочи, так сказать.

«Кого он имеет в виду?» – подумал Воинов, но распространяться на этот счет не стал. Он прислушался – за стеной играла скрипка. Он как завороженный открыл дверь и шагнул в коридор, силясь понять, почему музыка доносится из зрительного зала. Когда Воинов вошел в рубку механика и спросил, какое сегодня кино…

(тот ответил, что «Шерлок Холмс и доктор Ватсон»)

…он твердо решил – с самогоном пора завязывать. Ливанов с новой силой ударил смычком по струнам – Воинов вспомнил Дашкевича; Ливанов оборвал мелодию на высокой ноте – Воинов произнес:

– Как быстротечна наша жизнь.

И пьяный упал на кушетку. Механик лишь хмыкнул:

– Совсем сдурел – так и мечет цитатами из классики. Хотя в «Титанике» были другие слова…

«Овсянка, сэр!» – так говорил Бэримор

Друзья, сегодня мы открываем новую рубрику – «Киноцитатник от «Люксора». Если у вас есть любимая фраза, запомнившийся диалог из фильма, присылайте нам, мы будем очень признательны. Так потихонечку вместе мы соберем «Большую энциклопедию крылатых фраз мирового кино».

Почему вместе? Да потому, что призы для вас приготовил знаменитый «пролетарский» энтузиаст А. В. Воинов. Он же и откроет нашу рубрику своими любимыми цитатами.

* * *

– Чего нам бояться? Нас двое, а он – один.

– Да, но у него топор. Раз, два, и нас уже четверо.

(«Бродвей Дэнни Роуза», США).

* * *

– Если я говорю какой-нибудь девушке «милочка», то через 15 минут она уже беременна. («Черная гадюка», Великобритания).

* * *

– Запомни, мир делится на две части: тех, кто держит револьвер, и тех, кто копает. Револьвер сейчас у меня, так что бери лопату.

(«Плохой, Хороший, Злой», США).

    Газета «Сделано в Воронеже»

    04.11.99.

Когда Анатолий Васильевич очнулся, демонстрировали «Берегись автомобиля!»

– Без меня, гады! – зашипел Воинов, напугав механика.

– Вы же сами распорядились, – сказал тот.

– Эх, синефагия… Сожрет она нас всех, – Воинов поднялся и, пошатываясь, направился к выходу.

 – Без меня справитесь?

– Так точно, Анатолий Васильевич.

Воинов вышел, спустился на первый этаж, поплелся к машине. Билетерши проводили его пасмурными взглядами. Ветер ударил Воинову в лицо, закружил его мысли и предательски прекратился, будто и не дул вовсе. Воинов огляделся – «Вольво» на привычном месте не было.

– Угнали, суки, – безразлично сказал он и сплюнул, точь-в-точь как его дедушка, тов. Луначарский.