Ювелирная работа

Но, тем не менее, то Алекс «прослушивал» начинающуюся пневмонию, то не обращал внимания на первые симптомы сердечной недостаточности, то наоборот – пытался перевести в реанимационное отделение абсолютно стабильного пациента. Незадолго до Нового года заведующая отделением пригласила его в свой кабинет, заперла дверь, чтобы никто не помешал бы их разговору, села за стол, по-деревенски подперла щеку пухлой ладонью и сказала грустно-прегрустно:

– Александр Николаевич, вы совершенно не справляетесь с работой…

Алекс привычно вздохнул и поник головой.

Ритуал был привычным и хорошо отрепетированным.

– Я стараюсь держать все под контролем, – продолжала заведующая, – но я же не могу стать вашей тенью. Рано или поздно я не исправлю за вами что-нибудь, и вы наживете крупные неприятности. Шутки закончились, вы теперь взрослый человек и врач, с правом самостоятельной работы, который несет ответственность за все свои действия.

– Я стараюсь, Катерина Викентьевна, – Алекс посмотрел в глаза заведующей. – Мне очень нравится моя работа и я хочу научиться делать ее хорошо.

Работать врачом ему действительно нравилось. Работа интересная, отношение к тебе другое и вообще утром идешь на работу с приподнятым настроением…

– Я вижу, что вы стараетесь, Александр Николаевич. Вы сильно изменились после того, что с вами произошло, изменились в лучшую сторону. Не буду скрывать, что в первое время вы показались мне пустым и несерьезным, а теперь я вижу, что вы не такой. И с коллективом вы стали ладить, медсестры от вас вообще без ума, я даже ревную немножко.

Чем вы их так обольстили?

– Да вроде как ничем, – пожал плечами Алекс. – Не знаю.

На самом деле знал, только говорить не хотел. Он часто советовался с медсестрами, распределяя таким образом «консультационную нагрузку» – что-то у врачей спросит, а что-то у медсестер. Так лучше, не так сильно мозолит глаза людям твоя тупость. Медсестрам это нравилось. А еще Алекс никогда не повышал голоса и со всеми всегда разговаривал вежливо, что тоже очень нравится людям.

Взять, хотя бы, Катерину Викентьевну. Сейчас она добрую тетушку изображает, а бывает так рявкнет, что кровь в жилах стынет и крепким словом может припечатать по-чалдонски.[3 - Чалдон – название представителей коренного русского населения Сибири, потомков переселенцев из Европейской России XVI–XVII веков.] А это обидно и вообще не идет на пользу делу.

– Может, все дело в травме? – предположила заведующая. – Тогда вам нужно оформлять инвалидность.