Реальный Чувак

Влетел в торговый зал и начал оглядываться по сторонам в поисках выхода для персонала.

– Аллах акбар! – послышалось от входа, и сразу же раздался выстрел.

Покупатели, находившиеся в зале, заголосили на разные лады и принялись беспорядочно метаться по залу, опрокидывая все, что можно было опрокинуть, и снося все, что можно было снести.

– Элиф аир аб тизак!

Два выстрела.

– Хаволь!

Один выстрел.

– Хадидж!

Один выстрел, и пятью секундами позже еще один.

Судя по вскрикам и глухим звукам падающих тел, каждый выстрел был результативным.

Чуваку наконец-то удалось пробиться к заветной двери, но она оказалась закрытой. Справа от нее издевательски мигал красным огоньком замок, открывающийся магнитной карточкой сотрудника. Чувак спрятался за поваленным на пол стеллажом, перевел дух и только хотел выглянуть, как совсем рядом послышалось:

– Хинзир!

Чувак сначала услышал, как мимо его правого уха прожужжала пчела, и лишь потом раздался звук выстрела. Где-то далеко пронзительно завизжала женщина.

Чувак обернулся и в двух метрах от себя увидел бородача. Тот усердно жал на спусковой крючок, наведя револьвер на Чувака, но вместо выстрелов в ответ раздавались лишь приглушенные щелчки, говорящие о том, что в обойме закончились патроны.

Чувак молнией пронесся к выходу, выскочил на улицу и побежал в ту же сторону, что и Чамп.

Его преследователь кинулся вдогонку. Видимо, бородач расстрелял весь свой боезапас, потому что выстрелов больше не было. О том, что погоня продолжается, свидетельствовали доносившиеся до Чувака вопли:

– Никуммак! Хаволь! Элиф аир аб тизак! Хинзир! Хадидж!

Запас ругательств был небогат – через два километра Чувак запомнил все слова, пообещав себе впоследствии узнать их значение.

Любопытно все же, что именно орет тебе вслед твой потенциальный убийца.

Постепенно вопли бородача стали тише. Желая оценить свои перспективы, Чувак обернулся и увидел, что бородач, размахивающий на бегу огромным кинжалом, отстал от него метров на двести.

Причин тому было три – молодость Чувака, длинная галабия бородача, изрядно стесняющая движения, и постоянно спадавшие с его ног шлепанцы.

Чувак приободрился и увеличил скорость. Несколько поворотов, сделанных им для того, чтобы запутать преследователя, оказались поистине спасительными – бородача не было ни видно, ни слышно. Чувак еще немного пропетлял по улицам Катарсиса и вдруг очутился недалеко от дома, в котором жил старикан-ветеран.