Веллоэнс. Восхождение

Директор прищурился, губы растянулись в улыбке:

– Ирэн Диптрен, не ошибаюсь?

По залу прошла волна удивления.

– Видимо, да. В самую точку, юноша. Казалось бы, что общего у опасности и сельского хозяйства? Летай себе на биоплане, сшивай куски земли, да разводи крупный рогатый скот. Ан, нет. Хотя второй волны мы пока избежали, земля все еще несет последствия первой. Из трехста пятидесяти островов, мы имеем достоверную информацию лишь о пятидесяти, догадки – о сотне с мелочью. На остальных могут обитать различные формы жизни – от вирусов до млекопитающих и еще неизвестных науке организмов.

Радиационный, геомагнитный и биоэнергенный фоны могут привести к поломке оборудования, болезни и психическому коллапсу личности. Вы представляете, что будет, если дать модулятор последней серии безумцу? Что он может натворить? А мы снабдим команды еще более мощными инструментами. Так что все те медиа-игрушки, которыми молодежь балуется сейчас: увлеченность эклектикой, рыцари-варвары-тролли, «магия» – будут транслированы на уровне реального мира…

Мужчина пожевал губу:

– С той лишь разницей, что это будет не миф, не картинка на мониторе, а неотличимая от грез реальность.

Поэтому каждый и проходит такой жесткий отбор. Кроме интеллекта необходимо воспитывать характер – чтобы даже в несознательном состоянии – обморок, кома, помрачнение сознание – быть направленным только на позитивную деятельность. А Вы, Диптрен и Сартмес, до сих пор соперничаете между собой за эфемерное лидерство в группе. Пора бы уже перековать мечи на орала…

С урока все уходили воодушевленными.

Вико Сартмес подошел к своей комнате и положил ладонь на сенсорную панель.

– Надо же, станем героями… Надо сотрудничать… Герр Кайрат чересчур сильно любит свою работу. Для него и местная техничка – звезда вселенского масштаба.

Глава 7. Цейрихенгль

В таверне стояла духота, пахло плесенью. По дощатой поверхности полз, быстро-быстро перебирая лапками, крупный черный таракан.

Существо на секунду застыло и тут же поплатилось за медлительность – на него опустилась пузатая деревянная кружка, подначенная медными обручами. Лампады коптили потолок, тускло освещая посетителей. Грубые столы с лавками были такими же неотесанными, как и лица подвыпивших завсегдатаев. В жаровне пеклась баранина, разносился запах чеснока и пота, лились реки настоянной на репе медовухи.

Трое путников уселись за стол в дальнем углу.