Из морга в дурдом и обратно (сборник)

Стальной корпус, теплоизоляция, компрессоры. Их поддоны и вообще все внутренние детали, в том числе и стенки, были изготовлены из оцинкованной стали. На полу холодильной камеры были желобки и отверстие для слива. Отличительной чертой холодильников являлся вентиляционный блок, который стерилизовал и дезодорировал воздух в холодильнике.

И разумеется, идеальная изоляция, чтобы трупный запах не выходил наружу.

Лампочки внутри тоже были и работали исправно. Холодильники могли использоваться как для недолгого хранения трупов при температуре около ноля градусов, так и для долгосрочного хранения при минус двадцати.

Надежное, хорошо сконструированное оборудование.

Камеры и секции были пронумерованы, чтобы можно было сразу найти нужный труп.

Покойница легла в седьмую секцию. Данилов вернулся в приемную, приложил к документам записку с номером секции, сделал соответствующую отметку карандашом в журнале и снова пошел спать.

На этот раз снов не было. Лег – и провалился в темноту, из которой его вытащил Валера.

– Как ночь?

– Хлебная, – ответил Данилов.

– Тогда можно тебе и не платить? – пошутил Валера, протягивая три пятисотки.

– Нашел альтруиста, – в тон ему ответил Данилов, забирая деньги.

Он проснулся бодрым и веселым: и поспал, и заработал. Три тысячи да две тысячи, да стандартная такса за дежурство – это почти что квартальный заработок ординатора. Данилов слышал, что в Советском Союзе ординаторы получали в месяц около ста рублей, которых вполне хватало на скромную жизнь.

Современную стипендию съедал проездной и несколько скромных обедов в фастфуде.

Данилов привел себя в порядок и поехал на кафедру, не забыв позавтракать в пельменной, где он уже успел стать завсегдатаем.

«Как же много в жизни зависит от денег, – подумал он, выходя из метро. – Как я раньше этого не замечал?

Наверное, начинаешь замечать безденежье только тогда, когда денег не хватает даже на мелкие радости жизни».

В раздевалке Данилов столкнулся с Денисом, уже одетым в халат.

«Вот рожа, – лениво подумал Владимир. – Хоть снова бей его в челюсть или еще куда». Дениса передернуло, но он мгновенно взял себя в руки и деревянным голосом произнес:

– Доброе утро.

– Доброе утро, – столь же равнодушно ответил Данилов.

Обошлись без рукопожатия – на это у обоих не хватило дружелюбия. Владимир посторонился, освобождая Денису проход.

Порой обмен ударами приносит куда больше пользы, чем длительные словесные перепалки.