Бойся своей тени

Округу снова сотряс гулкий раскат грома, а дождь, казалось, стал ещё сильнее, неистово стуча по подоконнику и непрерывно шурша по траве во дворе его дома. Почему-то в этот раз счёт Егору никоим образом не помогал. Гроза не подвергалась совершенно никакой логике. Количество секунд между соседними раскатами грома менялось то в большую сторону, то в меньшую. Точно главная туча кружила на одном месте, не желая покидать район Егора.

Резко встав с дивана, парень широкими шагами дошёл до окна и аккуратно отодвинул плотную штору, чтобы посмотреть, что происходит на улице.

Фонарь во дворе уже перегорел несколько дней как, а на оставленную им заявку никто реагировать не спешил. Дождь лился с неба сплошной монолитной стеной. Наверное, под таким можно промокнуть до самой последней нитки за две секунды, максимум за три. Неожиданно черноту над головой разрезала ветвистая молния. Она возникла не вся сразу. Новые отростки постепенно дополняли её, прорисовываясь до линии горизонта. Выглядело захватывающе. Теперь должен появиться и гром. Егор отпустил штору и устремился на кухню, желая налить себе стакан холодной воды.

Пару лет назад у него стоял на столе графин с красной пластмассовой крышкой. Егор следил за тем, чтобы вода в нём не заканчивалась. Однако специальная система фильтрации, которую ему впоследствии поставил отец одного из сокурсников, позволила набирать воду прямо из крана. Егор повернул барашек с синим кругляшком вправо и подставил стакан. В то же мгновение послышался гром.

Раскат был особенно гулким и продолжительным. Вместе с ним Егору стало казаться, что в его уличную дверь кто-то стучит. Причём сильно и, возможно, сразу обеими руками. Егор нахмурился и больно надавил себе на висок.

– Вот чертовщина! – выругался он, выронив стакан из руки.

Стекло звякнуло и рассыпалось на осколки. Егор схватил было самый крупный кусок, но тут же одёрнул руку, порезавшись. Сбоку от раковины находились бумажные салфетки. Егор небрежно оторвал несколько и зажал ими кровоточащую рану.

«Бум-бум-бум-бум!» – жалобно звенела входная дверь. Ещё немного, и кто-то сорвал бы её с петель. И кого только принесло к нему на порог в такое ненастье?! Егор, сжимая повреждённую ладонь в кулак, на цыпочках подошёл к двери и прильнул к глазку.

– Помоги, Егор! Открой скорее! – на улице под проливным дождём стояла… Камилла. По её лицу стекали неровными разводами тени и тушь. Помада была размазана по подбородку и щекам.