Ничто не скрыто облаками

 – Вот он, смотри…

Плечи девушки вздрогнули. Медленно, будто раздумывая, она повернулась к Александру, взглянула на него удивлённым взглядом. Синие глаза встретились с синими глазами…

* * *

Минута молчания затянулась.

– Даже не знаю, что сказать, – наконец, произнесла Ирина; она нервно сжала пальцы в ладонях, ломая их, как всегда, в минуты сильного волнения.

– Тогда скажу я, – произнёс Александр, – поверь, я и предположить не мог, что у меня есть дочери. – Он всё ещё стоял у дверей в комнату, как наказанный, по его мнению, жестоко и незаслуженно.

Никто не предложил ему ни пройти, ни сесть. Никто не обрадовался ему в этом доме… – Это прекрасное событие свалилось на меня совершенно неожиданно! Если б я знал, если б знал! Да я бы… Ты спроси свою маму, почему так получилось?

– А где мне было искать тебя? Чтоб сообщить о прекрасном событии? Москва, она огромная, легче иголку в стоге сена найти… – усмехнулась Александра. – И вряд ли ты обрадовался бы той, которую бросил, забыв сказать прощай.

– Да, тут я виноват, – он опустил голову, помолчал, пусть поверят в его искренность, – но так всё закрутилось тогда. Звонок из министерства, срочно приезжай…

– И ни через неделю, ни через месяц у министерского работника не нашлось нескольких часов, чтоб съездить в Обнинск? – спросила Александра. В её голосе уже не звучал гнев, лишь бесконечная усталость. – Какие же занятые у нас министерские работники…

– Не о том вы сейчас, не о том! После разберёмся, кто прав, кто виноват.

 – Вскочив, Ирина начала мерить шагами комнату, потом резко остановилась, подойдя к матери. – Машу надо спасать…

– Я здесь именно за этим, – не дожидаясь приглашения, Александр прошёл в комнату, сел на диван, маленький и низкий, из-за чего колени его длинных ног оказались торчащими вверх. Он прикрыл их ладонями, стараясь не быть смешным в глазах дочери, и продолжал:

– Завтра постараюсь вылететь в Эмираты. Ирина, ты должна рассказать мне всё, как можно подробнее. Любые мелочи…

– Дорогой расскажу, – перебила его Ирина.

 – Я лечу с вами.

Она повернулась к Александру спиной, будто давала понять, что не хочет никаких возражений, что так и будет, и это не обсуждается. Девушка отошла к окну, туда, где, освещаемый солнцем, стоял небольшой аквариум. Серебристые гуппи заметались при её приближении, а яркий вуалехвост поднялся на поверхность в ожидании корма. Только флегматичный сомик по-прежнему прятался на дне среди ажурных водорослей.