Ничто не скрыто облаками

Пока Мария думала, что же его удивило, он быстро подошёл к ней, внимательно глядя в глаза. Улыбнулся, сверкнув белизной зубов, похоже, увиденное его устроило.

– Дамир, – он стукнул себя кулаком в грудь, потом протянул к ней руку, кивнув вопросительно.

Этот человек спрашивает её имя? Её имя… С тихим ужасом в глазах девушка взглянула на него… Имя? Такой простой вопрос, но она не знала ответа. … Она напрягает память, сейчас, сейчас… Нет… Не помнит она своего имени…

Что делать? Может, назвать первое попавшееся, чтоб не злить этих страшных мужчин? Мария в панике, а это всепоглощающее чувство всегда отнимает разум… Как-то само собой получилось, что она пожала плечами.

Непроизвольно, давая понять, что ничего не помнит. Дамир наклонился к ней близко-близко, заглянул в лицо. От страха Маша закрыла глаза, будто спряталась внутри себя…

– Закрой лицо, женщина, – вдруг произнёс он по-английски.

Взяв простыню, бросил ей в лицо. Слава Всевышнему, она почему-то легко поняла эту фразу. Фэйс… Она знала это слово.

Спасибо тебе, странная штука, память. Схватив край простыни, девушка прикрыла лицо.

Между тем, гул мотора стал тише. Мужчины переглянулись и быстро вышли из каюты. Еле передвигая ноги, Мария подошла к иллюминатору. Земля…Она мало, что помнила, но отчётливо понимала, что всё вокруг чужое. Это не её жизнь, и та земля, на которую она вступит через несколько минут, тоже не её. А где её жизнь? Думай, вспоминай! Но никакие, даже самые важные события прошлой жизни так и не смогли пробиться сквозь головную боль, оставшись где-то на окраинах сознания неяркими всполохами.

Небольшое толчок – и судно остановилось. Их встречали, несколько человек почти вплотную подошли к трапу. Маленькая женщина в чёрном, взяв сумку из рук одного из мужчин, быстро прошла на борт, и уже через минуту она оказалась в Машиной каюте. Её глаза смотрели сочувственно, именно так Мария расшифровала взгляд этой женщины, а там, поди, разберись, что выражают глаза на лице, почти полностью закрытом хиджабом.

Но так хотелось верить, что хоть кто-то сочувствует ей…

Женщина спешила. Она быстро достала из сумки лёгкое покрывало чёрного цвета, чадру, и протянула Марии, знаками давая понять, что это нужно надеть. Что ж, Маша не в том положении, чтоб сопротивляться. И уже через пять минут женщина, взяв её за руку, повела за собой.

Они вышли на причал, открывающий глазу вереницу белых зданий вдали, за ними угадывался большой портовый город.