Ничто не скрыто облаками

– Я вытащил её из воды, отец! Не мог же я позволить женщине утонуть, – произнёс Дамир, стараясь говорить негромко и почтительно, хотя внутри всё кипело.

– Ты должен был оставить чужестранку там, в той стране, а не везти её сюда, – Фарид гневно сверкнул чёрными, как ночь, глазами. – Тебя будут судить за похищение! Ты хоть понимаешь это?! И позор падёт на нашу семью! Ты погубишь всё, что я строил столько лет!

– Она была без сознания. Оставить на берегу беспомощную женщину… Прости, отец, я не мог… Ты сам учил меня…

– О, Аллах! Твоя доброта тебя погубит, – перебил его Фарид.

Он вскинул вверх руку, унизанную золотыми перстнями, характерным жестом полного негодования человека. – Тебя и всех нас. Иди! Исчезни с глаз! Буду думать, что делать.

Не разворачиваясь, Дамир сделал шаг к двери и вышел из кабинета отца. Сам того не желая, он попал в неприятную историю. Очень неприятную. Молодой человек поморщился, вспоминая произошедшее. Погнало же его в тот ужасный день в море! Правда, вина Дамира только в том, что, отвлёкшись, он поздно заметил прогулочный катер, в который не врезался только каким-то чудом.

Сумел резко развернуться, и огромная волна, качнув судно, смыла в море эту белую девушку, стоявшую у самого борта. Кажется, она ударилась головой и пошла ко дну. Ещё пара секунд – и Дамир потерял бы её из виду, поэтому, не раздумывая, он бросился в воду, и его верный Мирза кинулся за ним вслед.

Катер, который они нагнали, в который чуть не врезались, уже ушёл далеко, и Дамир надеялся, что никто не видел, как они вдвоём быстро вытащили девушку из воды. Она лежала на скамье, не подавая признаков жизни.

– Мирза, полный вперёд! – крикнул Дамир громко, склонившись над безжизненным телом девушки.

Что делать? Прикоснуться – великий грех, но ей, наверное, нужна помощь? Дышит ли? Но тут нечаянная гостья глубоко вздохнула и, вместе с выдохом выплеснув из себя воду, задышала ровно и тихо.

О, небо, жива…

Не в силах отвести глаз, Дамир смотрел на её тело, облепленное мокрой тканью, юное и красивое. Смотрел и не мог насмотреться. Тонкий голубой сарафан не скрывал высокой груди с горошинками сосков и округлых бедер незнакомки, а то, что скрывал, услужливое воображение молодого человека дорисовало сразу. Белые, слегка тронутые загаром, ноги девушки были полностью во власти его взгляда.