Ничто не скрыто облаками

Платье не только хорошо село, но и добавило элегантности и неуловимого шарма её образу. А когда с нарочито небрежно уложенными локонами она вышла из парикмахерской, куда заскочила в последний момент, никто бы не узнал в ней прежнюю Шуру. У неё даже взгляд изменился, под пышной чёлкой блестели, играли огнём карие глаза. Потому что нравилась сама себе, потому что верила, именно таких женщин провожают взглядами мужчины.

Но перед входом в кафе вдруг оробела. Зайти одной в эти стеклянные, с металлическими вензелями двери – маленький подвиг.

Не дав ей попереживать всласть, идущий сзади парень, пропустив её вперед, распахнул тяжёлую дверь. С тихим стуком она закрылась за Шурочкиной спиной. Ну, всё, обратного хода нет…

– А ты хорошенькая, Сашка, – Матвей, весёлый и общительный парень из их лаборатории, которого все звали Мотей, отодвинул для неё стул. – Садись. Чем будешь первую зарплату обмывать?

– Можно бокал белого сухого?

Чувствуя взгляд Вольского, сидевшего напротив за большим, на восьмерых, столом, она боялась поднять на него глаза.

Есть ли в его взгляде хоть немного восхищения? Хоть маленькая капелька? Понимает ли он, что сегодня только для него и новое платье, и яркая помада на губах, и причёска за сумасшедшие деньги?

Хорошо как… Второй выпитый бокал уже отставлен в сторону… Все такие милые, даже Марго, хоть та усиленно делает вид, что Александра ей совсем не интересна…

– Потанцуем?

Голос Вольского, его протянутая рука… Он зовёт её… Засмеявшись громко и радостно, Александра поднялась из-за стола и вложила свою руку в его ладонь.

* * *

Она окончательно пришла в себя в своей комнатке в общежитии, скромной и полупустой, заботливая рука хозяйки ещё не навела здесь уюта, не выветрила казённого духа из этих восемнадцати квадратных метров.

Что это было? Сухое вино оказалось слишком крепким? Вкус второго бокала Александру тогда смутил. Неужели ей подлили водки? Марго? Эта зараза может… Какой стыд! Вырвавшись из объятий Вольского, она плясала, как… как разбитная деваха с какого-нибудь мясокомбината, выдала дикий танец, развлекла замечательно кафешную публику.

Позор… Она едва не застонала, вспоминая свои выкрутасы и взгляд Вольского, удивлённый и немного брезгливый. Спасибо Моте, вывел её из круга танцующих, помог забраться в такси; парочка свободных машин, похоже, таких вот выпивох и дожидалась у дверей заведения.

Александра взяла чайник, направилась на кухню, полжизни она готова сейчас отдать за стакан крепкого, сладкого чая.