Колония. Первый шаг к бессмертию

Шлюпки сорвались вверх, уши заложило. В первые же секунды мозг как будто прижался к затылку, а тело превратилось в камень. Все сидели с открытыми ртами, вжавшись в кресла.

Глава 2. «Недолгий путь»

– Тридцать секунд, полет проходит в штатном режиме, – послышалось в гарнитуру. – Отстрел носителя через три, два, один.

Раздался мощный хлопок, шлюпку тряхнуло влево. Микро ракета отлетела в сторону, затем мы медленно выровнялись.

– Смотрите! – показывая пальцем вперед, произнес Олег.

Впереди, закрывая Солнце, сверкал огромный красавец «Наутилус».

Он блестел так, как будто был собран только что! Величественный и могучий.

А я как всегда любовался бесконечными триллионами сияющих звезд, группирующимися в созвездия по какому–то только им ведомому признаку. Словно подражая людям, которые предпочитают проводить свободное время, будто семечки набиваясь в торговые центры, где их, как кажется, временами тоже бесчисленное множество.

Честно говоря, для профессионального космонавта Млечный Путь служит ориентиром в бесконечности.

Однажды был случай, когда один небольшой космолет лишился навигации в связи с поломкой оборудования. Космонавт, ориентируясь по Млечному Пути, смог вернуться обратно на Марс. С тех пор выработана методика ориентирования по нему в случае чрезвычайной ситуации.

А вот для тех, кто впервые видит эту огромную плоскую линию, тесно унизанную звездами и вращающуюся в черном космосе, конечно, наступает катарсис.

Еще бы, таким мелким и ничтожным кажется человек на фоне вихря звезд в бесконечном космическом разнообразии.

Когда учился в академии, у нас были тренажеры космолетов. Вот тогда я побывал в разных галактиках, одновременно сидя на Земле и в то же время бороздя просторы неизвестности. Неоднократно видел и нашу безобидную соседку – изящную туманность Андромеды, которая похожа на колесо, в котором вертятся новые, старые и среднего возраста звезды.

А однажды наш с педагогом космолет, сбившись с курса, угодил в самую сердцевину неизвестной эллиптической галактики, похожей на огромный оранжевый апельсин.

Тогда я получил зачет автоматом за то, что никому не расскажу, как мы ушли с траектории. Он очень дорожил своим авторитетом.

– Прибытие до станции составляет две минуты, все в порядке? – интересовался диспетчер.

– Все отлично! – слышалось с переднего кресла.

Тем временем мы подлетали к «Наутилусу».