Осколки падающих звёзд

Благодаря отцу, его единственная дочь Марта Чернобай упакована по жизни. У неё есть всё, что может пожелать современная двадцатитрехлетняя девушка. Всё, кроме самого важного и нужного – мамы, восемь лет назад одним прекрасным вечером навсегда захлопнувшей дверь их квартиры. Легко и просто она ушла из жизни их семьи. Заезжий итальянец, этот молодой прохвост с ослепительной улыбкой, сын Рима сумел вскружить ей голову и увести в свой вечный город. Мать пишет ей, звонит, присылает подарки, но Марта не простила, нет.

Не умеет она прощать предательство, никогда и никому не простит, тем более, самому близкому человеку. Это было больно, это был удар под дых, удар, которого не ждёшь… Воспоминания о матери до сих пор заставляют сжиматься её сердце. Не отболит никак эта беда…

Тряхнув головой, отгоняя грусть, Марта покосилась на Дэна, сосредоточенно смотревшего на дорогу. Да, профиль у парня явно не греческий. Почему-то вспомнился тот, другой, лежавший в белой палате, пропитанной запахом болезней, словно раненый боец, вынесенный санитаром с поля боя.

Белые бинты и неподвижно лежавшие поверх простыни обнажённые руки с бугорками мышц придавали мужественности его облику. И это не осталось незамеченным цепким глазом Марты, когда она, словно Наташа Ростова, пришла подарить покой его душе.

Да нет, это смешно, какая из неё Наташа Ростова, ей до героини Толстого, как до Луны. Она современная девчонка, в чём-то даже жесткая, без сантиментов.

Как странно они встретились, Марта и этот симпатичный парень, в жизни которого настали не лучшие времена… Окно его палаты Марта может видеть из длинного коридора своего офиса, и это тоже необычно.

А в мире, девушка хорошо это знала, нет ничего случайного… Жаль, что она не успела рассказать Алексею о том окне напротив, откуда может посылать ему приветы. Иногда такая ерунда очень много может значить…

– Есть предложение заехать в кафе? – на мгновенье отвлекшись от дороги, Дэн повернул к ней голову. – Должны же мы отпраздновать твой успех.

– Чего? – Марта выпрямилась в кресле. – Домой, мой милый, вези домой. Твоя пассажирка очень устала…

Он, что, не понимает, что не вписывается в её систему ценностей. Ни внешности, ни харизмы… С Дэном ей не по пути.

– Может, завтра?

Что он там мямлит? Марта любила дерзких, настойчивых, уверенных, даже наглых. И чего ж Дэн сразу сдался, отвёз бы в кафе, не спрашивая разрешения, удивил бы эффектом неожиданности. Самке нужен сильный самец.