Пять понедельников до любви

Её лёгким отчаянно не хватало воздуха. – Ты где сейчас? У Лили? Приезжай, поговорим все вместе, как нам дальше жить.

– Приезжай?! Пока он там, ноги моей в доме не будет! На вокзале буду ночевать, но не вернусь!

– Саша, послушай… – волнуясь, Ольга накручивала на палец локон, свисавший у щеки. Слова дочери жгли, безжалостно бередили душу, заставляя чувствовать себя виноватой. Хотя так и есть, кто ещё виноват, что этот человек появился в их жизни.

– Я не хочу больше ничего слушать, мне понятно, на чьей ты стороне, – высокий голос дочери вздрагивал от обиды.

 – Ты знаешь, кто?! – Она хотела произнести какие-то жёсткие, страшные слова, но сдержалась. – В общем, надеюсь, ты меня услышала.

– Да постой же! Скажи хотя бы, где ты?

Но только короткие гудки завершившегося соединения зазвучали в ответ. Бросила трубку. А ей что делать, кто скажет? Ещё три дня назад Ольга, не раздумывая, встала бы на сторону дочери. Она верила ей, каждому слову верила. Тимофей ещё тот стервец, Ольга и сама это знала. Идеальных другие расхватали, более удачливые, ей не досталось.

Ещё три дня назад собрала бы его чемодан, выставила б за дверь, проклиная тот день, когда этот человек появился в её жизни. Недолюбленным тогда показался, неприкаянным, ждавшим любви, и она жизнь свою хотела выпрямить заботой об этом мужчине…

А тут такое дело… Ольга ещё никому об этом не говорила, сама никак не может до конца поверить. Звучит ужасно – беременна она… Сильно и глубоко, уже приличный срок. Прошляпила, проглядела, списывая недомогания на возраст и усталость.

С ума сойти можно! Её врачиха в очках с толстыми линзами была категорична. Рожать, другого не дано, другое и опасно, и поздно. С другим не к ней! И по столу хлопнула крепкой ладонью, как припечатала. Вот такие непонятные дела происходили в Ольгиной жизни, есть от чего схватиться за голову.

Ощущая странную беспомощность, Ольга отправилась на кухню. Постояла у окна, вглядываясь в сумрачное небо, в бледный серп луны, стремившийся сквозь облака пробиться к людям; разглядывала голубей, приютившихся на козырьке соседнего балкона, их чётко очерченные силуэты напоминали причудливый орнамент.

Таким нехитрым способом она пыталась отвлечься, обрести душевное равновесие, угомонить неспокойное сердце. Но получалось плохо. Точнее, не получалось совсем.

Ольга достала из кармана телефон, нашла в списке номер дочери. Надо обязательно узнать, где она. Как и ожидалось, Сашка вне зоны доступа, не хочет ни с кем разговаривать. Обиделась.