Неспящие. Книга Врат

Сектант развернулся и бросился на своих недавних товарищей.

Шрам продолжал сражаться, стоя на одном колене, вытащить из голени нож не было времени, да и руки были заняты клинками. Ткнув одному из нападавших кончиком клинка под капюшон и услышав болезненный вскрик, Неспящий использовал драгоценные секунды, чтобы оценить обстановку.

Врагов все еще было слишком много.

– Поторопись, Кривозуб…

Тем временем, магистр уже успел выбраться на пустую дорогу. До машины (а вместе с ней и спасения) оставалось всего несколько метров, когда дедок вдруг услышал сдавленный хрип за своей спиной.

Сразу же громыхнул выстрел, и один из телохранителей полетев вперед, рухнул лицом вниз. Вся его спина представляла собой одну сплошную рану. Старик обернулся и увидел стрелявшего.

Лысый здоровяк в кожаном плаще стоял позади метрах в трех. В одной руке парень держал обрез двуствольного ружья, а второй стискивал горло адъютанта магистра.

– Убей его! – приказал старик оставшемуся телохранителю. Но не успел он договорить, как громыхнул второй выстрел, и заряд картечи буквально снес сектанта, оставив магистра один на один с противником.

– Да кто вы такие?! – воскликнул близкий к истерике дед. Еще десять минут назад он был в шаге от осуществления замысла всей своей жизни, а теперь оказался один на один со своим врагом, да еще и боль в искалеченной руке не утихала. За несколько минут глава секты лишился всего! – Кто вы, черт вас возьми?!

Лысый отпустил потерявшего сознание сектанта, убрал под плащ обрез и, подняв с земли тяжелый фолиант, двинулся к магистру.

Но не успел он сделать и пары шагов, как весь мир утонул во вспышке белого света…

…Голова болела просто жутко, вдобавок застрявший в голени нож не дал Шраму подняться с первого раза. Вырвав опостылевший кусок стали, парень крепко обматерил на трех языках всех сектантов и их предков до десятого колена. Глаза после вспышки неприятно жгло, а до ушей доносился, усиленный динамиком, голос полковника Кривозуба:

– Никому не двигаться! Любая попытка побега будет мгновенно пресечена!

Шрам, наконец, смог встать и проморгаться.

Перед самой вспышкой он закрыл собой девушку от ножей сектантов, и теперь она лежала на камне, потеряв сознание.

– Бросай оружие! – услышал Игнат над ухом не очень уверенный голос, сопровождавшийся щелчком затвора. Шрам поймал себя на мысли, что до сих пор держит в руках нож, которым его ранили (клинки остались лежать на камне рядом с неудавшейся жертвой).