Зона Питер. Там, где водятся чудовища

Молодой парнишка, одетый в просторный, явно не по худому плечу, кафтан, проводил гостя длинными коридорами вглубь «крепости». Старый оказался в заставленном большими столами светлом зале.

– Садись, – кивнула гостю крупная, под стать привратнику, женщина. Она дождалась, когда пришелец расположится на одной из лавок, поставила перед ним тарелку с мясом и кружку густого темного пива, после чего удалилась в соседнее помещение. Оттуда несло жаром и запахом готовящейся снеди.

Жестковатое мясо, добытое, как понял сталкер, в окружающем дом лесу, хорошо легло в почти пустой желудок, а пиво вызвало теплую волну в районе солнечного сплетения, голова закружилась.

Разморенный Старый склонил голову на столешницу и засопел.

Очнулся он в сыром помещении, заполненном чадом коптящих факелов, обмотанных источающими странный запашок тряпками. В бок упирался чужой локоть, убрать который не получилось: руки сталкера были плотно примотаны к телу, ноги тоже спеленали на совесть. Старый не стал афишировать свой приход в сознание.

– Еще двое, это очень хорошо! – проговорил женский голос, по которому можно было узнать кухарку.

– Вещи их прибери, потом посмотрим, что там. Скоро наведается Волкаш, расторгуемся!

– Тише ты! Что шумишь?

– Да не бойся, не проснутся. Они очнутся, только когда зверушки в них коготки запустят! То-то поорут всласть!

– Жестокий ты, Молчан! И жадный! Небось уже прибрал что получше, пока вязал этого, последнего.

– Леший его побери! А ведь забыл! Ну давай сейчас посмотрим!

Над Старым склонились два силуэта – и мужик тут же заорал, получив пинок в живот связанными ногами пленника.

Стена, в которую Молчан отлетел, угрожающе затрещала.

Сталкер понадеялся, что трещит не столько дерево, сколько ребра мародера. Одновременно он выгнулся, угостив кухарку ударом головой в лицо. Тут отчетливо хрупнуло и обильно брызнуло темной кровью – нос лиходейки свернуло набок. Визг резанул по ушам в замкнутом пространстве.

– Убил! Ах ты, ублюдок! Молчан, круши его!

На Старого обрушился град ударов, тут же застонали старые раны.

Мужик пару минут тешился, вдоволь выбивая пыль из новенького кожушка. Пластины держали надежно, кузнец с шорником знали свое дело. Наконец, душегуб устал.

– Пошли отсюда, пусть эта падаль помучается! Ничего, скоро мы его скормим тем, кто обитает в лесу!

Парочка убралась из застенка, в темноте зашевелился собрат по несчастью.

– И чего ты добился, человече? – спросил незнакомец.