За последним порогом. Академиум

– Мы с вербовкой не торопимся, – уклончиво ответил я. – Средства на жизнь пока что есть, ещё не голодаем.

Ленка тихонько фыркнула.

– Ну если так, то да, – согласился Тихон. – Вольной жизни хлебнуть всегда успеете.

Мы зашли в трактир, остановившись возле здоровенного вышибалы, который приветливо нам кивнул. Темноватое помещение, массивные дубовые столы. Широкие дубовые же лавки выглядели совершенно неподъёмными. «Это чтобы во время драки никто не мог схватить лавку и махать ею», – догадался я, вспомнив прочитанные фантазийные книги.

Стены были увешаны разным массивным холодным оружием – алебарды, копья, двуручники. Я заметил даже фламберг, который в наших краях был редкостью.

– Данила, а что тут оружие висит? – удивился я. – А если во время драки кто схватит и начнёт размахивать?

– Какая ещё драка? – не понял Данила. – Здесь драк не бывает. Если свои не уймут, так вот человек-гора сидит.

– Скажешь тоже, Данила, – польщённо осклабился вышибала.

– Что, совсем драк не бывает? – не поверил я.

– Совсем, – кивнул Данила. – Ну самое большое пару раз по морде дадут, а чтобы драку тут кто-то устроил – нет, такого даже не припомню. Если кого захочешь всерьёз отметелить, на улицу выходи – там слева площадка специальная есть, и ставки принимают. Славута, – обратился он к вышибале, – наши где сидят?

– В малый банкетный идите, там они все, – махнул рукой тот.

В малом банкетном зале уже собрался почти весь отряд.

Нас тепло встретили, и каждый считал своим долгом поздравить нас с аттестацией. Мне стало слегка грустно – вот она, простая и понятная жизнь, рядом с простыми и доброжелательными людьми. Почему у меня вся жизнь состоит из непрерывного решения своих и чужих проблем?

– По-моему, женщины отряда ещё красивее стали, – тихонько поделился я с Ленкой. – Мама там, наверное, совсем заскучала под конец. Она же ещё в первый месяц всех перелечила.

– Самое смешное, что они даже не понимают, как им повезло, – засмеялась Ленка.

 – Любая дворянка многое бы отдала, чтобы мама три месяца ею вот так занималась.

Наконец появился Эрик с мамой и праздник начался с приветственной речи командира. Большая часть восхвалений была ожидаемо посвящена маме, и публика это полностью поддерживала. Ратники прекрасно понимали благодаря кому они живы и празднуют. Добрые слова, впрочем, достались всем и даже, довольно неожиданно, нам.