Черта (сборник)

Гинцбургом[15 - Гинцбург Альфред Горациевич (1865–1936) – барон, директор-распорядитель Ленского золотопромышленного общества, пятый сын еврейского промышленника и мецената Горация Гинцбурга.] обратилась к правительству с просьбой об открытии внутренних губерний для евреев. Необходимость этого шага была очевидна, но, опасаясь споров с правыми фракциями в Думе, министры пошли по самому простому пути. Они издали циркуляр, не затрагивавший основ всей системы антиеврейского законодательства. Лишь чрезвычайными условиями мотивировалось разрешение «евреям жить в городских поселениях, за исключением столиц и местностей, находящихся в ведении министерств Императорского Двора и Военного».

Сохранялся запрет на проживание евреев в Москве, Петрограде, областях Донского, Кубанского и Терского казачьих войск, в сельской местности и на курортах, где отдыхала царская семья.

Как видим, из всей системы антиеврейского законодательства, плотно опутывавшего жизнь евреев Российской империи, именно «географическая составляющая» рухнула в первую очередь.

И перестала функционировать она не по доброй воле властей, а лишь как результат конкретных чрезвычайных обстоятельств.

Но до обрушения всей системы ущемления национальных прав народов России оставалось уже совсем немного времени, и произошло оно вследствие событий не менее чрезвычайных, и даже более того – фатальных для существования самой власти.

    Артур Ионович Клемперт

    кандидат филологических наук, руководитель музея «Тхия», сотрудник Еврейского музея, руководитель проекта исследовательских экспедиций для старшеклассников «Связывая разорванную нить».

Автор учебных пособий по предмету «История еврейского народа», а также статей по истории евреев в Москве. Работал в различных формах формального и неформального образования, имеет опыт работы в социологических опросах, организации экспедиционной и музейной деятельности, исследовательской работы в архивах и полевой эпиграфики.

3. Законодательство о евреях

После разделов Польши Российская империя превратилась в обладательницу самой большой в мире еврейской общины, и власти вынуждены были решить, как безболезненно «вписать» сотни тысяч бывших польских евреев в непростую систему российского законодательства. Именно в этот период у русской бюрократии сложились основные представления о еврейском народе, мало изменившиеся на протяжении XIX – начала ХХ века.