За последним порогом. Паутина

За последним порогом. Паутина

Андрей Стоев

За последним порогом #5

В пятой книге Кеннер немного лучше узнаёт, как устроено княжество, и с удивлением обнаруживает, насколько мало он об этом знал.

Андрей Стоев

За последним порогом. Паутина

Пролог

Все женщины – прирождённые артистки, и моя жена среди них не последняя.

– Лен, не надо вот этого вида шокированной аристократки, никто тебе не посочувствует, – сказал я. – Мы все знаем, что ты не такая уж ромашка, и вполне привычна к спартанским условиям.

– Ну и что из того, что привычна, – недовольно сказала она, оглядывая наше купе. – Это не значит, что мне должно нравиться ехать в этой конуре.

– Нормальная конура, у меня на судне каюта даже чуть меньше была, – рассеянно сказала Алина, старательно засовывая свой рюкзак в багажную нишу. – Вы лучше скажите – что за ерунду вы там про другой мир болтали?

– Думаю, это крайне маловероятно, – ответил ей я. – Настолько маловероятно, что даже нет смысла обсуждать.

– Полная ерунда, – поддержала меня Драгана.

 – Другие миры, конечно, существуют, но мы вряд ли смогли бы там выжить. А уж другой мир, настолько похожий на наш, практически полная копия… нет, невозможно.

Вообще-то, вполне возможно. Но всё же я не верю, что этот мир расщепился ещё раз – очень уж редкое это событие. Космически редкое. Да и насколько я понимаю, Сила не разделяется, а полностью остаётся в одном из миров. А раз здесь есть Сила, значит, мы в правильном мире. Правда, объяснить это моим спутницам не получится – сразу же возникнет вопрос: откуда мне известны такие интересные подробности?

– Но знаете, – продолжала Драгана, – я всё же не отказалась бы взглянуть на карту.

Просто на всякий случай.

– Я сейчас, – вдруг встрепенулась Ленка и выскочила из купе. «Уважаемая, постойте», – донёсся её голос из коридора.

Мы переглянулись в недоумении. Вернулась она буквально через минуту.

– Вот, – гордо сказала Ленка, бросая на столик пачку печенья. – Там как раз разносчица проходила.

Надпись на пачке гласила «Варяги и греки». В качестве варяга с левой стороны пачки был изображён белобрысый мужик в кольчуге со зверской рожей. В руке он держал непропорционально большой топор. С правой стороны был нарисован грек – настолько смуглый, что я скорее назвал бы его негром. Чтобы рассеять сомнения насчёт того, что это и в самом деле грек, художник надел на него аттический шлем с гребнем, который довольно странно выглядел в сочетании с туникой.