Харьков в годы Великой Отечественной войны. Город и война

], так и умершая неграмотной в 1950 году, успела, однако, понянчить свою правнучку – мою старшую дочку Ирочку (называвшую ее «палядя»). Похоронена в Харькове на Нагорном кладбище (в конце Пушкинской).

Кстати, и мама, и отец обращались к моей бабушке только на «Вы». Отец, притом, тоже называл ее «мамой». – А. У.].

21.V.42. «Переможний фiнал битви бiля Керчi»[128 - «Победный финал битвы возле Керчи» (укр.).] – под таким заголовком выпущено экстренное сообщение германского командования от 19 мая. Если верить сообщению, уничтожено 3 советских армии, 17 стрелецких[129 - «Стрелковых »(укр.

).] дивизий, 3 стрелецких бригады, 2 конные дивизии, 4 танковых бригады.

Потери: 149 256 чел. пленными; 1133 пушки; 258 танков; 3814 автомобиля; 323 самолета, 372 гранатомета.

С чувством глубокой печали встретили это сообщение истинные патриоты. А может быть, немцы приврали, чтобы поднять «дух»?

А дух немецкого солдата все падает. Конца войны не видно. Борьба на востоке, несмотря на хвастливые заверения Гитлера и Риббентропа, в этом году не окончится.

В связи с этим, настроение немецкого солдата понижается. Он: 1) стал пить – все чаще видишь пьяных на улице; 2) уезжая на фронт, он плачет (сообщает одна женщина о танкисте); 3) прячет портрет Сталина, вырезанный из газеты; 4) сдается все чаще в плен, о чем сообщают сами немцы женщинам, с которыми живут.

Наоборот, дух нашей армии растет. В плен сдаются не легко, его не ищут, ибо хорошее питание, которое обещают немцы, вранье. Пленные гибнут в Харькове массами от голода, расстрелов, изнурительной работы.

Ранней весной какой-то пленный, опухший, попрошайничал на Пушкинской. Каждый раз, проходя мимо, я слышал неизменное: «Помогите пленному»… Я не дал ни копейки легковерной скотине.

Туго немцам. Всю Европу обобрали. Голод вызвали. Обирают нас. От городской Управы потребовали в течение суток дать сведения о запасах и производстве таких предметов: мыла, соли, чулок, носок, белья, одежды, обуви, галош.

Ясно – для чего. Не для того, чтобы снабдить, а чтобы еще и еще раз обобрать население.

Сосновый собирал по этому вопросу совещание. Я не пошел.

Был полдня на огороде. Артиллерийская канонада под Харьковом на востоке явственно слышна. Когда придут наши, когда!

В первые дни своего прихода немцы говорили, что в Харькове 90% населения – большевики. Теперь – все 100%, так изменилось настроение. Все чаще слышишь: «Они нам чужие, они нас обирают… Не мы им нужны, а наша земля, богатства»…

23.V.42 г.