In Memoriam. Анна Уварова (1968−2020)

Наверняка этого бы не случилось, если бы она была со мной такой же строгой учительницей, как со многими другими. Но мне везло: ее знаменитые перечеркивания, а также легендарные переставления абзацев редко появлялись на страничках с моими опусами, а справедливо ругательные слова (в рамках литературного русского), которые она в моменты предэфирной подготовки, как сеятель, разбрасывала вокруг себя, меня почему-то облетали стороной. И вот я расслабился и доучился до того, что скоро сам стал «шефом», а когда она ушла поднимать РБКшную целину, даже попал на ее место в ее бригаду.

То есть Аня изменила мою жизнь. Правда, если она увидит эти слова, то непременно их вычеркнет, ведь она так не любит пафос…

А еще в ней было какое-то высокое благородство из классических романов. Это за пределами телевидения многие думают, что тут сплошь творческие интеллигентные люди. Совсем наоборот! Поэтому средь этого шумного бала неоднозначных аристократов, разночинцев и купцов нельзя было не заметить настоящую европейскую графиню Уварову.

Даже несмотря на ее вечный casual в джемпере, джинсах и белых кроссовках. Она и в платье-то, наверное, появилась только раз, на единственной фотографии из тех далеких-недавних времен, когда еще не было фотографирующих телефонов.

С тех пор мы виделись раза три. При этом я вижу ее каждый день. Дома… В 99-м мы с женой первый раз были в Венеции и как-то не успели купить себе местную маску, о чем я потом сильно жалел и жаловался. И так получилось, что скоро Аня поехала – в кои-то веки не на свою астральную родину, в Суоми, – а в края Казановы и Бродского.

И привезла мне венецианскую маску, выбрав из сложного многообразия на свой вкус – не смешную, не жуткую, не карнавальную, не масонскую, не чопорную, не колдовскую… А загадочное лицо благородной графини с шапкой-бубенцами бродячей актрисы. И это первое, на что падает взгляд, когда входишь в дом… И выходишь из него, оглянувшись…

Виктор Двояк

31 декабря 99-го

Мой путь в большое телевидение только начинался, с РТР меня перетащили на REN заманчивым «всё только начинается».

Начинался золотой реновский век – до этого Новости шли в записи, а теперь прямой эфир, включения с места событий, лайфтутэйпы, в общем, понеслось…. Анюта была моим вторым в жизни шеф-редактором. Для меня, мало сведущей в ТВ-кухне, это звучало весомо, внушало страх и трепет.

Аня поначалу мне тоже показалась под стать этой должности – суровой, устрашающе молчаливой, немногословной.