Иркутская археология: газетный компендиум советского периода. Часть V. 1971-1980 гг.

На другой день, где-то около полудня, Петрович отпустил нас на писаницы. Мы заметались что одевать, что обувать, а фотоаппараты, где мазь от комаров и т. п. Все же вскоре мы оказались на скалах. Посмотреть хотелось абсолютно все. Мы спешили, карабкались. задыхались Паша Шмыгун восклицал: «Нет, это все равно, что за день обойти Эрмитаж!» Увидеть мы успели много: добрались до знаменитой «палеолитической лошади», нашли «больших лосей», облетевшую весь мир «голову лося», отыскали «чудище бездны», «быка», лодки, птиц.

Детально рассмотрели творении курыкан: «сцену перекочевки», «хоровод», «всадников со знаменами», «всадников с верблюдами» и мн. др. Впечатлений всем хватит до следующего раза. А я не сомневаюсь, что, кто был там, захотят приехать еще раз. Больше всего мы задержались у лосей, лошади и быка, а также у сцены перекочевки. У курыканских писаниц вспыхнул ожесточенный спор, когда Паша заявил:

– Я думаю, дети скорее бы разобрались в этих рисунках.

– Почему?

– А вот ты гадаешь, лошадь это или лосиха, а дети сразу скажут, что это лошадка.

– Ну, ты это брось, Паша!

– А ты не заводись! Ты когда-нибудь видел детские рисунки? Нет? А я видел, и много.

– И ты хочешь сказать – похоже?

– Хочу. Это же зарождение искусства. Примитив. Человек рисовал тогда то, что видел – дети тоже рисуют, что видят.

– Паша, а тебе не кажется, что они видят по-разному?

– Не знаю, но рисуют одинаково.

– Да где же одинаково? У курыкан уже развитое искусство и свой стиль, очень броский и специфичный, например: рисует он лошадь, гак мордочка у ней обязательно маленькая и горбатая, туловище вытянуто и сужается к крупу, грудь большая и прямоугольная…

– Думаешь, у детей стиля нет, ты плохо знаешь детские рисунки.

Чтобы окончить спор, у нас не хватало знаний, и мы остались при своих мнениях. Только мне все же казалось, что где-то внутри Паша не верил до конца и то, что говорил. Нелепый спор у нас возник, когда мы были на писаницах. Мы еще возвращались к нему, когда нам посчастливилось быть на Манхае, разговор тогда получился более серьезный.

Целый день мы потратили только на осмотр городища. Городище находилось на господствующей над долиной сопке, которую нелегко было захватить нападающим. Лишь с одной стороны сопка имела узкий перешеек, соединяющий ее с высокогорной террасой. По этот перешеек, как наиболее уязвимое место, был хорошо укреплен. Сохранились следы от рвов и валов, защищавших их городище с этой стороны.