Чёрный сон. Мутанты

Хотя оставалась надежда, что до верха не более десяти метров и можно как-то выбраться. Никита даже улыбнулся, но неожиданно заметил на камнях тёмные пятна. Он коснулся их пальцами и поднёс ладонь к глазам. Это была кровь. На всех выступах виднелись тёмные следы. Очевидно, кто-то сорвался. Мужчина посмотрел под ноги. На осыпи он увидел вмятину, а дальше по склону сломанные кусты и там что-то лежало между камнями. Никита сбежал вниз и мгновенно наткнулся на труп человека. Он его сразу узнал, это был тот парень, что искал своего друга.

Чувство вины захлестнуло душу, если б он тогда его не отпустил, этот юноша был бы жив. Никита присел рядом и, хотя и так было очевидно, что парень мёртв, пощупал пульс. Но нет, чуда не произошло, сердце не билось. Было понятно, парень наткнулся на разлом в скале ночью и поэтому в темноте не увидел, что трещина сверху перекрывалась отрицательно нависшей плитой. Полез, наткнулся на неё, попытался её обойти и сорвался. В полицию надо бы заявить. Да где ж её найдёшь на этом проклятом берегу. А оставлять парня не погребённым было совсем нехорошо. Похоронить надо. Никита потащил его к осыпи. Здесь земля смешалась с мелкими камнями и пылью, можно даже палкой вырыть глубокую яму. Он лихорадочно принялся за дело. Вскоре место для вечного упокоения было готово. Никита подтащил парня к яме и уже хотел его туда скинуть, как взгляд наткнулся на его кроссовки. Они почти не пострадали и размер вроде соответствовал. Никита задумался, а не является ли это мародёрством если он их снимет. Посмотрел на свои кровоточащие ноги и, проклиная себя, быстро сдёрнул их с покойника. Померил и словно испытал блаженство, обувь полностью соответствовала его размеру. Никита засыпал парня землёй и спустился к морю. Ступни горели, но уже не было такой боли и захотелось идти дальше. В принципе, не всё так плохо. Раз есть трещина на этом склоне, то должны быть и другие, стоит только хорошо поискать.

Как-то быстро прохладное утро рассосалось, и солнце заявило права на всё небо, посылая жаркие лучи на притихший, словно чего-то ждущий мир.

Волны накатывали на галечный пляж и с шелестом пятились назад, увлекая за собой мелкие камушки и отшлифованные ракушки. Никита невольно залюбовался морем, где не было и следа от мазута, не плавали целлофановые пакеты, под ногами не блестели стёкла от бутылок, в кустах не валялись ржавые консервные банки и использованные презервативы.