Чёрный сон. Мутанты

– А тебе слово давали? – с вызовом ответил мужчина.

Никита ожидал, что Аскольд вспылит, но тот лишь беззвучно рассмеялся. Быков оглядел притихших людей:

– Нам пора, – уверенно сказал он.

Поднялся парень в красной бейсболке и две женщины, полненькая и худенькая. Остальные продолжали сидеть.

– Вы не хотите домой? – обомлел Быков.

– Мы подождём до утра, – тряхнул длинными кудрями мужчина по имени Илья Каземирович, чем-то напоминающий доцента. – Осталось всего ничего, одна ночь.

– Не порите горячку, переночуйте и идите куда хотите, – предпринял последнюю попытку Никита.

– Там злые медведи! – внезапно раздался звонкий Светочкин голос, которой очень не понравилось, что с её папой так грубо разговаривали.

Быков рассмеялся:

– Ну, раз медведи, то тогда обязательно надо пойти, чтобы ими полюбоваться.

Они ушли, Быков в жёлтой штормовке и две женщины, худенькая и полненькая, а также парень в красной бейсболке.

– Зря они двинули ночью! – пожала плечами Света, девушка лет восемнадцати в рваных джинсах, глядя на уходящую за верхушки скал луну.

Ярик поднял камень, зашвырнул его далеко в траву и неожиданно изрёк:

– Нам надо вооружаться! Копья делать и луки!

– Сопли подотри, герой! – хмыкнула Света.

Ярик обиженно засопел, но в ответ дерзить не стал, потому что Лада тихонько хлопнула его по спине.

Народ начал укладываться у костра поближе друг к другу. Никита отдал свой гидрокостюм Евгении Петровне и улёгся с Ладой и Яриком подальше от выхода.

Постепенно и всех людей сморил сон.

Девица в рваных штанах дождалась, когда все заснут, тихо подползла к Никитиной рубашке, где лежали куски копчёного окуня, достала увесистый шмат и её лицо озарила счастливая улыбка. Воровато оглянувшись, зажала в руке свой трофей и бесшумно отползла на своё место, а там, давясь от хлынувших слюней, всё съела. После, показала в пустоту кукиш, он явно предназначался компании Никиты.

Тихо потрескивали раскаленные угольки.

В воздухе летали искорки, пахло дымом и сыростью Люди за день безумно устали, поэтому моментально заснули и даже басистый храп Игната и похрюкивание Семёна никому не мешал. Не спала только Света. От переизбытка пищи в животе заурчало и распёрло. Скрючившись от боли, постанывая, порылась в своей лёгкой курточке, нашла рулончик туалетной бумаги фирмы Renova и направилась к выходу. С усилием перелезла через завал из камней и поняла, ещё мгновение и обделается.