Книга памяти. Сборник, посвященный 75-летию Победы в Великой Отечественной войне

Клянемся! Вечно помнить будем

И Бухенвальд, и Бабий Яр!

Мы дети Родины единой,

Вскормила нас земля одна,

Идем дорогой мы целинной,

И ненавистна нам война.

Живем мечтою мы о счастье.

Хотим любимыми мы быть,

Но если вдруг придет ненастье,

Врагов, как вы, мы будем бить.

Мы будем помнить, не забудем

Ваш молчаливый нам наказ.

Достойны вас, клянемся, будем,

Ведь ваш огонь горит и в нас.

Ветеранам

40-летию прорыва блокады Ленинграда посвящается

Сегодня, накануне юбилея,

Я вспоминаю этот день.

Весенние цветущие аллеи

И монументов славы тень.

Расцветье на груди у ветеранов

Колодок доблести и ран.

Со всех широт, со всех меридианов,

Из многих благодарных стран.

Здесь собрались на встречу люди,

И я был этой встрече рад.

В моих воспоминаньях вечно будут

Тот день и город Ленинград.

Сегодня я опять хочу быть с вами

В очередной ваш юбилей!

Девятьюстами памятными днями

Ваш подвиг ощутить сильней.

Бросает тень огонь у обелиска –

Напоминанье боли старых ран.

Сурово замер на посту мальчишка,

Сурово смотрит ветеран.

Он будто эстафету поколений

Потомкам хочет передать.

Не бойся, ветеран, своих сомнений,

Они, как вы, готовы встать

На те же рубежи, где вы стояли,

И не отступят ни на шаг.

Они от вас все лучшее приняли,

Они – ваш гимн, они – ваш флаг!

У обелиска

Светлой памяти воина-красноярца, капитана Бабенко, его боевым товарищам, живым и мертвым, сражавшимся на Курской дуге, ПОСВЯЩАЕТСЯ

В задумчивом торжественном молчании

Все замерло, и лишь гранит-боец

Ведет свое безмолвное сказание

Про битву у села Березовец.

Я, ощущая прошлого дыханье,

Хочу представить и тот летний день,

Тот батальон, застывший в ожидании,

И наплывающую танковую тень.

Как в беспощадном яростном сраженье

У станции под Курском, Поныри,

Дрались и умирали без сомненья

Бабенко и его Богатыри!

Сегодня средь июньского расцветья

Собрались здесь со всех концов страны

Бойцы минувшего сорокалетья

И нынешние Родины сыны.

Объединенные одним стремленьем,

Воспитанные все в стране одной,

Сердечно обнялись два поколенья

У обелиска Славы боевой!

Вдруг взгляд мой обратился к пионеру,

Что галстук свой навесил на гранит.

И понял я, что, от волненья серый,

Он клятву молчаливую творит!

Быть верным памяти дедов клянется,

Наверное, взволнованный малец.