Лубянские чтения – 2021. Актуальные проблемы истории отечественных органов государственной безопасности

Так, первая попытка создать в ВЧК подразделение контршпионажа была предпринята в январе 1918 г. в связи с обращением к Ф.Э. Дзержинскому ценного агента царской разведки и контрразведки К.А. Шевары (Войцицкого), предложившего использовать имевшиеся у него опыт и знания в интересах Советской Республики. Уже 12 января 1918 г. под руководством Шевары было образовано контрразведывательное бюро, которому в качестве силовой поддержки был придан отряд балтийских матросов во главе с А.Я. Поляковым. Деятельность бюро завершилась, не успев начаться: 15 марта 1918 г.

Шевару расстреляли на основе беспочвенных подозрений со стороны «революционного моряка» Полякова

.

С точки зрения советского государства, как наследника и продолжателя дела Октябрьской революции, события конца 1980-х гг., приведшие к развалу СССР, носили явный контрреволюционный характер – лидеры протестного движения требовали отказа от официальной коммунистической идеологии, упразднения КПСС и уничтожения Комитета государственной безопасности (КГБ).

По логике вещей, враги большевистского режима должны были, в первую очередь, озаботиться восстановлением справедливости в отношении противостоявших ему представителей государственных учреждений Российской империи, но этого не произошло.

Принятый в 1991 г. Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» начинается словами: «За годы советской власти миллионы людей стали жертвами произвола тоталитарного государства, подверглись репрессиям за политические и религиозные убеждения, по социальным, национальным и иным признакам».

Есть все основания для того, чтобы отнести к «иным признакам» работу в органах безопасности царской России или сотрудничество с ними, но, в отличие от статей 58.10 (антисоветская агитация) и 58.11 (участие в контрреволюционной организации), статья 58.13 (активная борьба против революционного движения) декриминализирована не была.

Возможно ли говорить о восстановлении социальной справедливости, когда из числа лиц, подлежащих реабилитации, заведомо исключены сотрудники правоохранительных органов царской России, осужденные не за фальсификацию уголовных дел или пытки заключенных, а за добросовестное выполнение своего профессионального долга.

Этот факт свидетельствует о том, что главной целью протестного движения является борьба не за правду, а против государства, вне зависимости от того, какой политический режим существует в нем в настоящее время.