Хроники Иттирии. Песня Мора

Яшик медленно опустился на одно колено и аккуратно, словно боясь разбудить, уложил на землю маленькую женщину. Губы Тии задрожали, из груди вырвался отчаянный всхлип. Девушка не помнила, как упала на колени. Жизнь для нее навсегда остановилась.

Тия сидела на мокрой траве и беззвучно рыдала, прижимая к своей груди мертвое тело мамы.

* * *

Телега шла удивительно мягко, мерно скрипя и покачиваясь на неровностях пыльной дороги. Тия сидела рядом с Хфедором, и то и дело поглядывала на воз. Овечка Марта стояла на натянутом до предела поводке и печальными глазами смотрела на свою хозяйку, периодически жалобно блея, словно просясь на ручки.

– Да не денется никуда твоя Марта. В сохранности доедет, – не выдержал, наконец, Хфедор.

– Ну, – неуверенно протянула Тия, – она просто скучает одна…

Тия не переживала за то, что овечка может куда-то убежать. Девушка волновалась, что ее Марте будет неудобно в мерно раскачивающейся телеге. Овечка еще какое-то время покрутилась на месте, вскоре, то ли поняв, что ей ничто не угрожает, то ли смирившись со своей участью пребывать в одиночестве до самого Тугрика, наконец, улеглась на сухие доски и затихла.

– А ты зачем в город-то, дочка? – Не отрываясь от плешивой спины своей дряхлой кобылки, спросил у девушки Хфедор.

– Овечку хочу продать, да купить… Ткани на рубаху, – своим коленкам сказала Тия.

– О, а ты молчишь! – Вскинул руку подобравший Тию на тракте мужик. – У меня вон, полон воз тканей. Каких только хочешь! Да и Марту твою пристроить смогу.

Я ж овечек на шерсть-то годую. За твою молоденькую три серебряные дам.

Мужик кивнул сам себе, как бы соглашаясь со своими словами, и в следующее мгновение громко цокнул на лошадь, повернувшую голову на сочный зеленый куст. Кобылка недовольно фыркнула и выразила свой протест, издав неприличный звук из-под хвоста. Хфедор, мотнул головой и, усмехнувшись, вполголоса обозвал свою кобылицу «от ты ж заразой».

– А ты не волнуйся, дочка, – повернулся он к своей попутчице, – не обижу.

Да и локоть[4 - Локоть – мера длины, равная расстоянию от кончиков пальцев руки до локтя (примерно 45 см.).] мой не чета этим городским барыгам.

Мужик выставил согнутую руку, показывая длину по которой он будет отмерять ткань.

– Эти проходимцы, глядишь, и ярд ткани тебе по четыре локтя насчитают, – закончил он.

Тия вежливо улыбнулась старику. Она хорошо представляла, какие именно ткани везет на продажу Хфедор. Серый лен, да бурая крапива.