Плавучий мост. Журнал поэзии. №3/2016

* * *

А ангелы мои

с прозрачными устами

стояли у двери

и трогали глазок,

и в скважину замка

дышали голосами

«открой нам, ну открой

и спой ещё разок

о нежных городах

из вяленого мяса,

о тайных деревнях,

сплетённых из травы» –

настаивали вы,

а я себя стеснялся

и пел, не поднимая головы.

* * *

Кошка ходит и боится,

в комнате светло.

Вот июнь – июль продлится –

и тогда свезло.

На дворе стоят качели,

кто-то в них сидит.

Говорит, что не успели

и на нас сердит.

* * *

О, полиэтиленовые крылья!

Лететь нельзя, а вы меня закрыли!

Таскаю вас и постепенно горблюсь.

Всё больше вы и, в общем, что за совесть.

Но по ночам – у дочери в балкон

я выхожу и вылетаю вон,

в навязчивый, обширный, как Свердловск,

двуглазый сон. И запах – будто воск.

Лети. Лечу. А полиэтилен

как воды плещет около колен,

а над церквами и над гаражами –

нежгущееся, мажущее пламя.

Потом я прилетаю и курю

и сам с собой полночи говорю.

Спаси, Господь, я лживый ангел твой.

О, ветер – полиэтилен, не вой.

О, ветер! Приношу подмышкой слово –

вот скоро. Вот сейчас. Вот всё готово.

Вот слово и – я не Тебя боялся.

Вот все ушли. Не бойся. Я остался.

* * *

Сырая кровь идёт наружу

из-под ногтей.

Я думал, что я обнаружу

играющих детей,

которые кричат и кличут

воздушный змей.

А ангелы смеются, тычут.

Летают, кувыркаются. Не смей.

А кровь идёт. Полны карманы,

полны носки.

И у жены моей, как раны,

текут соски.

* * *

мне говорили что над головой

есть кто-то дополнительный живой

потом мне говорили что потом

он сообщит об этом т. е. о том

что чтобы я болел ну или врал

что чтобы жил где в общем ну Урал

и или плакал или много пил

и из двух окон голубей кормил

и умер и лежал четыре дня

что это он придумал для меня

404

напился деревянным пивом

купил полкурицы в кульке

как хорошо быть некрасивым

и налегке

когда дома стоят рядами

сухой апрель и слышен звук

идущий надо мной (над нами)

у поезда который вслух

идёт и шаркает ногами

* * *

Господь не оставляет нас

и держит руку на затылке

у каждого в подземный час.

Ты пьёшь из горлышка бутылки

и закрываешь, о, глаза.

О, посиди, смотри мне в шею –

со всех со четырёх вода.

Темно. Темно. Я не успею.