Плавучий мост. Журнал поэзии. №4/2019

Но если кто из местных,

То ты за них не сцы!

Сидят в высоких креслах

Их деды и отцы:

Фанаты рок-н-ролла,

Любители травы.

Одни – из комсомола,

Другие – из братвы.

Но всем с периферии

Девчонкам, что ни есть,

За столики пивные

Возможность есть подсесть —

С улыбкою нескромной

И с целью деловой

К Сережке с Малой Бронной

И к Витьке с Моховой.

И, влезшие счастливо

В шикарные авто,

Под крафтовое пиво

О тех не вспомнят, кто

За этот кайф бездонный,

За праздничный настрой

В полях за Вислой сонной

Лежат в земле сырой.

«Белый день заштрихован до неразличимости черт…»

Белый день заштрихован до неразличимости черт.

Я свернул у моста, а теперь мне, должно быть, налево…

Я иду вдоль реки, как дотла разорившийся смерд:

Без вины виноват, ни избы не осталось, ни хлева.

Нынче ветрено, Постум, но что они значат – ветра,

С совокупностью их, с направлением, с силою, с розой?

Не пришедших домой тут и там заберут мусора;

Что рождалось стихом, умирает, как правило, прозой.

Ничего никогда никому не хочу говорить,

Повторяя себе вопреки непреложное: «Скажешь!»

До того перепутана первопричинная нить,

Что её и петлей на кадык просто так не повяжешь.

С чешуёй покрывает по самое некуда вал,

Никакого житья – всё равно, будь ты фейк или гений.

Я живу у моста. Я на нём никогда не бывал

И считаю, что это одно из моих достижений.

«Снова – слышишь? – в поле звук —…»

Снова – слышишь? – в поле звук —

Это – ДШК —

Встаньте, дети, встаньте в круг,

Чтоб наверняка.

Встаньте, дети, как один —

Вместе веселей! —

Из подвалов, из руин,

Изо всех щелей.

Невозможной синевы

Небо из окна.

Где в войну играли вы —

Пятый год война.

Приумножилось разлук

В стороне родной;

Ты мой друг, и я твой друг,

Посиди со мной.

Что сказать тебе хотел,

Не скажу пока:

Снова – слышишь? – артобстрел,

Снова – ДШК.

Ржавый танк, как старый жук,

Загнан в капонир.

Встаньте, дети, встаньте в круг,

Измените мир.

Чтоб над каждой головой,

Чистый как кристалл,

Невозможной синевой

Небосвод сиял.

Хватит горестей и бед,

Тех, что – искони!..

Дети встанут, и в ответ

Скажут мне они:

– Снова – слышишь? – в поле звук —

Залповый режим.

Ты мой друг, и я твой друг,

Мы давно лежим

Там, где тянется в пыли

Лесополоса

И звучат из-под земли

Наши голоса.