Сервисное руководство

Попробую поставить ногу обратно и поднять другую.

– Опусти правую ногу.

Я выполнил это по мере своих возможностей.

Макферсон нахмурился и долго смотрел в монитор.

– Что же мне делать? Функции работают, тесты нет.

Он глубоко вздохнул и подошел ко мне ближе.

Я смотрел куда-то вперед. Я пока что не мог управлять глазами, фокусировать зрение. Похоже, что объекты и цвета уже относительно различимы, но не так как хотелось бы. Наверное, так видят люди с плохим зрением, когда не носят очки.

И еще одна странность – я не моргал.

И не хотелось. У меня не болели глаза, я не мог зажмуриться. Зрение, функционирующее само по себе. Конечно же, меня это насторожило. Я знал о существовании имплантов вместо глаз, но это слишком дорого, и у людей с подобными протезами нередко проявлялись побочные эффекты.

Макферсон пристально разглядывал меня. Это было неловко. К счастью, ситуацию спас его коллега, которого, кажется, звали Ллойд.

Он быстро приближался. В его левой руке были листы с документами.

– Мак, как успехи?

Похоже, они дружнее, чем мне показалось раньше.

– Никаких успехов. Всё функционирует, система в рабочем состоянии, но, – Макферсон потер переносицу, – он откликается только на прямые команды. Слуховой адаптер работает, но контроллер не передает данные, когда отправляю их через консоль. Зато всё получает. Как это объяснить?

Лойд смотрел то на меня, то на консоль. Контроллер? С каких пор протезам нужен контроллер? Надеюсь, вы не заставите меня обновлять прошивки на импланты по воздуху?

– Мак, как смотришь на замену всей системы?

– Ты шутишь? Он полностью собран! И контроллер работал на каждом этапе проверки! Это произошло на итоговом этапе тестирования.

Представляешь, сколько придется потратить времени на замену?

– А ты понимаешь, что эти средства могут повесить на нас? Ты сможешь потом оплатить такую сумму?

– Нет, Ллойд. Не повесят. Это слишком.

Ллойд протянул Макферсону бумаги.

– Это передал мне технический директор. Видишь свою подпись? Ты расписывался на всех этапах сборки, и благодаря твоей подписи он сейчас в этом цеху.

Какой еще цех? Мне хотелось вмешаться в разговор, задать хоть какой-нибудь вопрос. Но я не мог говорить. Я не чувствовал рта. Я даже не чувствовал, что дышу.

Возможно, из-за искусственного позвоночника я потерял любую возможность ощущать тело.

Я всё еще надеялся, что дело в искусственном позвоночнике. Черт возьми, уже тяжело понимать, что происходит.

– Ну хорошо.