Принц Шарль-Жозеф де Линь. Переписка с русскими корреспондентами

Гримма составить ему протекцию, отправился снова в Россию и в июне 1790 г. присоединился к русской армии в Яссах. Участвовал в штурме Измаила (декабрь 1790 г.) и получил орден Св. Георгия III степени (25 марта (5 апреля) 1791 г.). В 1791–1797 гг. служил в армии французских эмигрантов, в свите графа д’Артуа (будущего Карла Х) приехал в Россию зимой 1792–1793 гг. Затем воевал в неаполитанской армии (1798–1801, 1804–1806), жил в Вене (1801–1803, 1806–1814). Людовик XVIII произвел его в генерал-лейтенанты (1814)[298 - Mеmoires du comte Roger de Damas (1787–1806) / Еd.

J. Rambaud et L. Pingaud. Paris, 1912 («Еtat de services de comte Roger de Damas»). T. I. P. 463–464.].

Весной 1791 г. Дамас с братом аббатом и сестрой, госпожой де Симиан, гостил неделю в Белёе. В 1793 г. он участвовал в боевых действиях в Бельгии неподалеку от поместья принца де Линя и в сентябре снова посетил его. Возможно, что письмо, обращенное к «любезному графу» (Белёй, 27 сентября)[299 - Ligne Ch.

-J. de. Mеmoires et mеlanges historiques et littеraires / Еd. A. Dupont. Paris, 1827. T. III. (факсимиле, вне пагинации).], адресовано ему, но мы не можем быть в этом уверены. В 1794 г. Линь навсегда покинул Белёй и переехал в Австрию.

Принц де Линь. Письма о последней войне с турками[300 - Mеlanges. 1796. Т. VII. P. 175–176. Мемуары, оформленные как письма к графу де Сегюру (лагерь под Очаковом, 1 августа 1788 г.

). Пер. В. А. Жуковского // Вестник Европы. 1809. № 21, ноябрь. С. 21.]

Вижу феномен, из Вашего края – и что еще лучше, феномен очень милый. Это француз трех веков: он имеет рыцарский дух одного, приятность другого, веселость нынешнего. Франциск I, Великий Конде и маршал Саксонский[301 - Граф Мориц Саксонский (1696–1750), французский полководец.]захотели бы иметь подобного ему сына. Он ветрен, как стрекоза, в минуту самой ужасной канонады; беспрестанно шумит, безжалостный певун, всякую минуту жужжит мне на ухо лучшие арии французских опер; читает сумасшедшие стихи под сильным огнем[302 - Дамас в мемуарах использует текст Линя: «Я пищал ему оперные арии, а он, не выдержав, просил пощады; перемены ради, мы вспоминали о парижском свете и рекли всяческие безумства, коих он друг, а я всего лишь любитель» (Mеmoires du comte Roger de Damas.

T. I. P. 26).], и судит о вещах как невозможно лучше.