Треблинка. Исследования. Воспоминания. Документы

‹…› Вместе с немцами толкали узников, кричали на них, били палками, просто руками или ногами тех, кто медлил в проходе ‹…› и таким насильственным путем заталкивали обреченных в газовые камеры. ‹…› Помню следующие приметы Ивана. Он имел высокий рост, смуглое лицо, имел возраст около 30 лет. Николай среднего роста»[186 - АЯВ. TR-18/41 (2). Л. 16; TR-18/41 (8). Л. 72.].

П. Лелеко на допросе 21 февраля 1945 г. сказал, что «в Треблинке, когда обреченные подходили к душегубкам, мотористы Марченко и Шалаев кричали им: “Идите скорее, а то вода остынет”.

Немцы и мотористы при этом соревновались в зверствах по отношению к людям, предназначенным к уничтожению. ‹…› Когда камеры набивались до отказа, немцы или мотористы подходили к двери и плеткой начинали хлестать по обнаженным людям, одновременно натравливали на них собак. Люди уходили в глубь камеры, освобождая место для новых и новых смертников. Такое уплотнение производилось несколько раз, в результате в сравнительно небольшие камеры набивали по 700–800 человек. Когда камеры наполнялись до предела, прямо на головы людей немцы начинали бросать детей, оставленных женщинами либо в раздевалке, либо чаще всего на улице перед душегубкой. Так как потолок в камерах был очень низкий, то брошенные в камеру дети ударялись о потолок и, изуродованные, а иногда с разбитыми головами, падали на головы обреченных людей»[187 - АЯВ. JM-23/505. Л. 569.].

Все ли вахманы участвовали в расстрелах?

Николай Сенник, служивший в Треблинке до осени 1943 г.

, на допросе 11 марта 1961 г. показал, что среди командного состава и рядовых вахманов этого лагеря смерти не было какого-либо постоянного разделения обязанностей: «Все вахманы, а также командиры взводов принимали непосредственное участие в уничтожении поступавших в лагерь людей, несли охрану лагеря, участвовали в оцеплении и разгрузке прибывших эшелонов со смертниками, загоняли их в “раздевалку” и “душегубку” ‹…› расстрелы в лагере проводились часто, были для вахманов обычным делом, мы не обращали внимание на то, кто именно участвовал в том или ином расстреле. К тому же, все вахманы были постоянно пьяные, все немцы и вахманы принимали участие в уничтожении ‹…› вахман не мог уклониться от расстрелов… В этом заключалась наша служба. ‹…› Помимо расстрелов рабочих команд, расстрелов в “лазарете”, мне, как и другим вахманам, неоднократно приходилось стрелять в прибывших во время разгрузки из вагонов.