Военкоры победы. Последние бои

По штурмовому, захлестываемому водой мостику ринулись пехотинцы на западный берег Шпрее. Они выбили врага из населенного пункта, захватили транспортеры, пять станковых пулеметов, взяли в плен 12 немцев. Таких примеров отваги и доблести можно привести сотни.

Поздно вечером немцы перешли в контратаку. В штабе части было получено известие о попытке 12 немецких танков смять боевые порядки нашей пехоты на левом фланге. Несмотря на сильный огонь врага и общую напряженность положения, в штабе царила обстановка уверенности и спокойствия, которая всегда предвещает новые победы.

Немецкая контратака быстро выдохлась, и снова пошла вперед наступающая пехота.

Наши войска выходят на простор. Всё ближе Дрезден, берега Эльбы, Берлин. Наступление продолжается в нарастающем темпе. В эти славные дни у бойцов и офицеров нет и тени самоуспокоенности. Лозунг на стене дома, стоящего у перекрестка дорог, призывает: «Воин, спеши на запад, дорог каждый час». И любой боец, идущий на запад, торопит шаг, чувствуя, что в пору, когда война идет к окончательной развязке, нужна особенная сила, особенная стремительность наступательного удара.

Братья Тур

Гитлеровцы

Хорошо сказал один наш лейтенант о многих гитлеровцах в оккупированных нами областях Германии.

– Их убеждения складываются, как перочинный нож.

Но нож и в сложенном виде не перестает быть ножом. И лезвие его, упрятанное в невинный черенок, отравлено.

Мы проехали десятки германских городов – от Кюстрина на Одере до побережья Балтики – и беседовали с рядом гитлеровцев.

Что поражает в большинстве из них – это полное отсутствие человеческого достоинства. Сегодня они играют в раскаяние, строят постные физиономии, изображают монашеское смирение. Но часто это всего лишь игра. Если порыться у многих в «заднем кармане», то можно найти отравленный кинжал, – быть может, и сложенный наподобие перочинного ножика.

Вот некоторые беглые зарисовки членов гитлеровской партии, с которыми нам приходилось беседовать.

?

Клаус Ордовский – работник группы кинохроники при Гданьском гаулейтере Форстере.

Он по профессии – кинооператор и режиссер документальных фильмов. Впрочем, документальными эти фильмы назвать весьма трудно по причинам, о которых речь будет ниже…

У Клауса Орловского так называемая артистическая внешность. Тонкое, немного женственное лицо, седой венец волос вокруг «благородного» арийского черепа. Седые, косматые брови. Руки музыканта. Железный перстень на длинном тонком пальце.