Военкоры победы. Последние бои

– Сколько вам?

– Как сколько? – удивился Зернов. – Всё!..

Во дворе родильного дома стояло несколько мужчин.

– Скажите, пожалуйста, – спросил Зернов, – как пройти в родильный дом?

– Как пройти, – усмехнулся мужчина, – мы сами думаем, как пройти!..

– Почему?

– А потому, товарищ капитан, что нашего брата – отца туда не пускают.

– Как же так?.. Я же с фронта…

– Всё равно. Там, знаете, в первом этаже бабка сидит. Такая, знаете, непроходимая бабка. Уникум просто, честное слово. Я ее уговаривал, два билета в оперетту принес, – отказалась, шоколадом кормил, никакого впечатления.

«Вы, – говорит, – мою бдительность не усыпляйте, гражданин. Всё равно туда ходу нет!»

– Что же делать? – спросил Зернов. – Мне надо на Любу посмотреть и на девочку…

– У вас тоже девочка? Сколько весит?

– Не знаю.

– Моя семь фунтов и три четверти. Как считаете, ничего?..

– Ничего, – рассеянно ответил Зернов, – приличный вес.

Зернов направился к под'езду. Навстречу со ступенек спускался лейтенант с двумя рядами ленточек и золотой звездой на груди.

Лейтенант остановился и, взяв Зернова за рукав, сказал:

– Можете представить, товарищ капитан, я пять рек форсировал, а эту вот старушку – ну, никак!.. Не пускает и всё! «Вы, – говорит, – инфекцию принесете!» Я говорю – какая у меня инфекция? У меня одни цветы!..

Зернов вошел в под'езд. В залитом солнцем вестибюле сидел старик-швейцар и читал «Вечернюю Москву». Капитан с надеждой взглянул на старика и сказал бодрым голосом:

– Приветствую вас, папаша!

– Здравствуйте, – степенно ответил старик, – с чем вас позволите поздравить?

– С дочкой.

Вот хочу пройти, повидать.

– Не пройдете. Хорошая дочка?

– Не знаю. Хочу лично, так сказать…

– Лично нельзя.

– Слушайте, папаша. Вы поймите, я на фронте, в Германии…

– Это, значит, прямо из логова зверя?

– Совершенно верно, из логова… Как бы мне, папаша, наверх, а?

– Наверх нельзя. Ну, как он, немец-то, чует, что ему гибель пришла?

– Чует. Мне всего минут на десять…

– Хоть на пять, всё равно нельзя.

– Знаете, что, папаша. – Зернов достал из кармана зажигалку, – очень вы на меня приятное, знаете ли, впечатление производите. Позвольте вам подарить эту зажигалочку…

– Покорно благодарю. Это что ж, выходит, трофей?

– Да. Так как же быть, папаша?

Старик прикурил от зажигалки, посмотрел на озабоченное лицо капитана и сделал ему знак пальцем. Зернов склонился к старику.

– Слышь-ка, ты вот что сделай.