Я – русский. Какой восторг! Коллекция исторических миниатюр

, перед торжественным венчанием на царство двух братьев, Петра и Ивана, мастера Золотой палаты в срочном порядке изготовили вторую шапку Мономаха (шапка киевского князя Владимира Мономаха- «единого» – была символом царской власти с времен Ивана III; несла в себе идею «Третьего Рима» – России, так как была получена от византийского императора Константина) Ему сделали «шапку Мономаха второго наряда» – такая же по форме, но поверхность была совершенно гладкой, украшенной драгоценными камнями и жемчужинами (по легенде, дорога в рай и столбы ворот рая выложены жемчугом).

Использовали ее только один раз – при венчании.

Несколько позже братьям изготовили одинаковые алмазные шапки; они были украшены таким множеством камней и расположенных настолько близко друг к другу, что блеск алмазов сливался в одно сплошное сияние – оно напоминало сияние ясписа, драгоценного камня как символа престола Бога.

Став императором (1721 г.) Петр ввел новый коронационный ритуал, заменив шапку Мономаха на корону.

Десятилетний дипломат

Став царем в 10 лет, Петру приходилось официально принимать иностранных послов. Об одном таком приеме поведал шведский дипломат:

«В приемной палате, обитой турецкими коврами, на двух серебряных креслах под святыми иконами сидели оба царя в полном царском одеянии, сиявшем драгоценными камнями. Старший брат, надвинув шапку на глаза, опустив глаза в землю, никого не видя, сидел почти неподвижно.

Младший смотрел на всех, лицо у него открытое, красивое, молодая кровь играла на нем, как только обращались к нему. Удивительная красота его поражала всех присутствующих, а живость его приводила в замешательство степенных сановников московских.

Нежели твой отец, с чем, надеюсьвремя, чтобы спросить о королевском здоровье, младший, Петр, не дав времени дядькам поднять себя и брата, как требовалось по этикету, стремительно вскочил со своего места, сам приподнял царскую шапку и произнес скороговоркой обычный привет: « Его королевское величество, брат наш Карлус Свейский, по здорову ли?»

Кто лучше

Однажды 45 – летний Петр (шел 1717 г.

) обратился с вопросом к старому князю Якову Федоровичу Долгорукову: «Как ты думаешь о делах отца моего и моих?»

Боярин подумал и ответил: «У тебя, государь, с отцом дела разные: в одном ты заслуживаешь похвалы, а в другом – твой отец.