Я – русский. Какой восторг! Коллекция исторических миниатюр

Проявив особое состояние духа, которое стоит на плечах атлантов, «собирателей земли русской», на плечах Героев «Русской Трои», вобрав в него всю нашу российскую действительность, нас самих и нашу жизнь во всех ее противоречивых образах, российская нация создала масштабный факт резонансного и величественного явления российской духовности XXI, однажды буквально кровью описанного В. Г. Белинским: «…На святой Руси не было, нет и не будет ренегатов, то есть этаких выходцев, бродяг, пройдох, этих расстриг и патриотических предателей».

Неудовлетворенность состоянием жизни и деятельностью страны, протест против гнусных порождений внешних сил, отводящих России роль мизера и «твари дрожащей», и, ведущих ее, как неумытую овцу, на убой, со всей очевидной силой мятежного таланта проявили лидеры страны. Как никто, они знали древнюю формулу распада и разрушения государственности: народы исчезают, утратив веру и дух.

Верно разглядел русский мыслитель Иван Ильин:» …до какой степени общественное мнение Запада настроено против России и против Православной церкви: западные народы боятся нашего числа, нашего пространства, нашего единства: нашего душевно-духовного уклада: и для самоуспокоения внушают себе, что русский народ варварский, тупой, привыкший к рабству, к бесправию и жестокости; что религиозность его состоит из суеверия и пустых образов».

Не сытость и вялость, а ум, воля и действия – это та сокровенная правда, ради которой, собственно, и живет теперь страна.

Это та правда, которая несет стране успех, достойный восхищения и уважения, а не сожаления и цинизма. Такого ошеломляющего и пронзительного воздействия на совесть людей современная Россия не знала: «И детей научить не сдаваться, не бояться и не предавать. Не стоять перед миром в исподнем».

Нравственное пространство страны наполнилось ветром патриотической благодати, и сила идеи об «Успешной России» стала детонатором, разрушившим миф едва ли не вселенского размаха о «генетической неполноценности» российской нации.

Впервые в XXI в. Россия из объекта превратилась в субъекта, из слухов, доносов и измышлений о «падшем народе» и «закланном жертвенном обществе», начисто лишенном самоценности, явилась сила государственности цельной и гордой, идиллической формой, в которой общие и частные интересы, представления и убеждения приобрели характер необратимой конвергенции.