Архив еврейской истории. Том 12

4. Ч. II. Л. 1–7).].

То, что «Бою» с ВАПЛИТЕ оказалось «по одному пути», вовсе не случайно. Несмотря на свое «пролетарское» название, она отличалась от других пролетарских объединений, опять-таки, неприятием массовой литературы и графоманства и была создана по инициативе украинского писателя Николая (Миколы) Хвылевого (Фитилева; 1893–1933), «основоположника настоящей украинской прозы» (акад. А. И. Белецкий)[18 - Цит. по: Костюк Г. Хвильовий – прозаiк // Хвильовий М. Твори в п’ятьох томах. 2-ге видання. Нью-Йорк, 1984.

Т. 1. С. 46.], как лаборатория профессионального совершенствования и альтернатива официозным структурам с их невысокой требовательностью к качеству литературных произведений. В этом смысле ВАПЛИТЕ и «Бой» явно сходились. Ведь и для последнего, как подметил Дэвид Шнир, мастерство писателя значило больше, чем его политическая ориентация[19 - Shneer D. Yiddish and the Creation of Soviet Jewish Culture, 1918–1930. New York. 2004. P. 167.].

Помимо близости эстетических и идеологических установок, в данном случае, несомненно, имело значение и то обстоятельство, что активным ваплитянином был Давид Фельдман.

Кроме него в «академии» состоял и другой член «Боя», поэт Лев (Лейб) Квитко (1890–1952), принятый в этот своего рода закрытый клуб, кстати, одним из первых, 28 октября 1926 года[20 - В соответствии с уставом «Академии» прием новых членов в нее происходил на общем собрании только раз в год, и сама процедура была далеко не формальностью. Так, на первом таком собрании 28 октября 1926 года приняли только двух человек (одним из них и был Л. Квитко, а вторым украинский писатель Юрий Смолич, но отвергли – четырех (См.: Цимбал Я. Історiя ВАПЛІТЕ у 3D. С. 132). Всего к началу 1927 года общество насчитывало 25 человек (Ваплiте. 1927. № 1. С. 53).]. Его, как и другого еврейского поэта, Эзру Фининберга (1899–1946), отмечает современный украинский исследователь, «связывали с ваплитянами прежде всего человеческие и добрососедские отношения»[21 - Цимбал Я. Історiя ВАПЛІТЕ у 3D… С. 132, 154. Среди ваплитян Л. Квитко был особенно близок с поэтом П. Г. Тычиной, при этом они были и соседями по коммунальной квартире в харьковском писательском кооперативе «Слово».]. Но если Фининберг почему-то так и не сделался членом ВАЛЯЙТЕ, хотя его туда зазывали, то Фельдман и Квитко, как оказалось, были весьма вовлечены в ее деятельность. Оба активно сотрудничали в ее или близких к ней изданиях: журналах ВАЛЯЙТЕ[22 - Квiтко Л.