День Победы

Но его ноги словно приросли к земле, и он стоял, оглушенный не только объятием Дарьи, но и внезапным озарением. Поступок, который он намерен совершить, – величайшая глупость, и надо немедленно возвращаться домой. Не случайно он встретил Дарью, а рядом с ней – человеческий обрубок. Это знак.

Поправив мешок, Юда двинулся назад. Почему, в самом деле, он не женится на Риве? Боится, что не будет спокойно спать? Пусть тогда вспомнит Фёдора! А его дела, за которые могут?.. Черт с ними! Рива права! Немедленно все прекратить! А с Ривой – завтра же в загс.

Воспрянув духом, Юда прибавил шаг. Навстречу шел военный, и Айзексон не обратил на него внимания. Мало ли военных во время войны можно встретить на улице? Соображая, как говорить с Ривой, он прошел мимо, но военный окликнул его:

– Айзексон!

Юда обернулся. На него смотрел Рашис.

– Я иду в военкомат. Мне кажется, нам по пути.

– Вряд ли от меня будет много толку на фронте, товарищ Рашис. В конце концов, я освобожден от военной службы.

Но Рашис был готов к такому повороту. Он уже все обдумал.

– Да, освобождение у вас есть. Но его надо подтвердить, – сказал Рашис, хотя только вчера говорил, что с такой справкой Юду не призовут.

– Как это подтвердить?

– Вы освобождены медкомиссией польской армии. Этого недостаточно. Вам надо пройти нашу медкомиссию. Здесь, в военкомате Илецка, поскольку вы призываетесь в ряды Красной армии.

– Но разве я не…

– По возрасту и положению как советский гражданин вы подлежите мобилизации.

Как уроженец Литвы направляетесь в Литовскую дивизию. У вас есть возможность добровольно пойти на фронт, но если вы отказываетесь, я оформляю ваш призыв и направляю на медкомиссию. Дальнейшее зависит от ее решения. Вам придется пойти со мной.

В военкомате Рашис усадил Юду на стул перед дверью с табличкой «Медкомиссия», а сам прошел к военкому. Айзексон этого не видел. Он думал о другом. Конечно, этот литовец здесь из-за Ривы.

Ладно, если так хочет, пусть берет ее себе. Утренняя встреча вдохновила Юду. Может, не все еще кончено с Дарьей? Но как остаться в Илецке? Договориться с Рашисом? Попытаться убедить его, что он, Юда Айзексон, все понимает и не будет мешать? Но не совершит ли он по отношению к Риве предательство? Вряд ли… Как изменился ее голос, когда она услышала, что этот Антанас здесь! Юда знал женщин и хорошо улавливал интонации.