Последний тур. История третья. Золотое проклятие Качинского

Иннокентий раскрыл пухлую записную книжку и, заглядывая в неё как в шпаргалку, начал рассказ:

– Качинский Валерий Остапович. Шестьдесят четвёртого года рождения. Родился в городе Чимкенте, в Казахстане.

– Интересно. Почему там? Родители военные или спецы?

– Не то и не другое. Отец ссыльный.

– Подробнее.

– Осуждён за пособничество фашистам на Западной Украине. Бандеровцам помогал. Остап Бандура. Осуждён в сорок девятом, освободился через десять лет и сослан в Чимкент. Там женился на Татьяне Качинской.

В шестьдесят четвёртом родился Валера. У него ещё две старшие сестры. Но где они сейчас неизвестно.

– Значит, Валера взял фамилию матери? – уточнил Куприянов.

– Да! Когда паспорт получал. Остап умер, когда Валере было десять лет. Сам понимаешь, с фамилией Бандура в России непросто жить. Наверное, мама подсказала. Слушай дальше. Поступает Качинский на химфак института лёгкой промышленности. После второго курса бросает, идёт в армию, а после армии приезжает сюда, в Якутию. Здесь сразу устраивается на золотоизвлекательную фабрику.

И всё то время пока Валера жил здесь, он работал на этой фабрике. Дошёл от разнорабочего до начальника лаборатории. В этом году внезапно уволился и уехал.

– Как—то всё в общих чертах.

– С минуты на минуту, – Егоров посмотрел на часы, – должен подъехать один интересный человек. Вот он тебе и расскажет всё подробно.

– Это кто? Его друг?

– Нет, Василий. Это самый опытный наш участковый. Человек уважаемый. Он очень хорошо знал этого Качинского.

В десять должен подъехать.

Ровно за минуту до десяти в кабинет постучались. Зашёл мужчина лет пятидесяти, в форме майора милиции. С круглым смуглым лицом, узкими, широко посаженными глазами и с глубокими морщинами в уголках глаз.

– Познакомьтесь, – сказал Егоров Василию, вставая навстречу вошедшему, – Мурунов Матвей Эргизович. А это, Василий Иванович Куприянов.

Василий встал и протянул руку майору.

– Очень приятно, – сказал он.

Участковый пожал руку Василию и молча кивнул.

– Ну, Василий, задавай вопросы.

– А чего тут задавать? – вдруг сказал Мурунов, – Вас интересует Качинский и всё его окружение?

– Да.

Мурунов снял фуражку, положил её на стол и, присев на стул напротив Василия, начал рассказывать.

– Тихий был человек, скрытный. Я бы, наверное, так его и не узнал, если бы не его собака. Вы же понимаете, что в поле зрения нашего брата попадают люди, которые либо сами совершают что—то незаконное, либо становятся потерпевшими.