Последний тур. История третья. Золотое проклятие Качинского

– И ещё вопрос, вы Елену Прудникову знаете? – поинтересовался Куприянов.

– Я её никогда не видел, но знаю, что она какое—то время жила у Качинского.

– Откуда вы знаете?

– Слышал телефонный разговор. Валера грубо разговаривал с Леной. Он так называл женщину на другом конце провода. Тогда он сказал. Чтобы она убиралась из его дома. Я так понял, что что—то произошло с собакой. То ли Лена что—то не то сделала, то ли собака, но Валера взбесился и выгнал её. Потом ещё раз через несколько дней он около проходной ответил на звонок и сказал так: «Не звони мне больше.

От Бейсика толку больше чем от тебя. Всё, Лена!». Я не знаю её фамилию. Вероятно это одна и та же Лена.

– Вероятно. Спасибо за разговор, Игнат Игоревич, – поблагодарил лаборанта Василий.

Когда возвращались в отдел, Василий всю дорогу молчал и раскладывал в голове по полочкам полученную информацию. А информации было уже предостаточно. «Цель, друг и собака, – размышлял Василий. – Чтобы вычислить цель, о которой говорил Куваев, надо найти друга.

Если он ещё здесь, в Якутске, это хорошо. А если нет? Тогда всё сложнее. Теперь собака. Чувствую, что Бейсик тоже нужен был для достижения какой—то цели. Иначе бы Качинский верного пса тут не оставил. Нового хозяина собаки найдём. Наверняка что—нибудь расскажет. Да, забыл. Двое мужчин, те, что напали на Валеру, их обязательно надо найти и опросить. Случайная это была встреча на болоте или нет?»

– Ты чего молчишь, Василий? – окликнул Куприянова Егоров.

– Обдумываю план.

– Пока ты обдумываешь, мои ребята нашли нового хозяина собаки.

Едем к нему, или сначала на обед?

– Сначала к хозяину собаки.

Егоров назвал водителю адрес и водитель, развернувшись на светофоре, повёз оперов в посёлок около золотоизвлекательной фабрики.

– Посмотрите на его глаза, – говорил хозяин собаки, мужчина средних лет Олег Бельков.

Бейсик лежал к углу гостиной на коврике. Морду он положил на скрещенные перед собой большие лапы. Глаза у пса действительно были грустные. Он безучастно смотрел на гостей.

Ему было всё равно кто приходит в дом и что это за люди.

– Он не гавкает, не рычит, – продолжал рассказывать Олег. – Ест плохо. Александр Матвеевич, ветеринар наш, сказал, что всё пройдёт, но уже больше месяца Бейсик у меня, всё по—прежнему.

– И что, – спросил Куприянов, – так и лежит здесь целыми днями?

– Оживает только, когда идём гулять. Или когда жена купит сырокопчёную колбасу. Тоже начинает хвостом вилять. Валера его приучил к колбасе.