Кавказ. Выпуск XVIII. Трагедия изгнания

Вопрос о выселении горцев подвергся в Константинополе обсуждению совета министров, и решение его сообщено через нашего поверенного в делах при Порте Оттоманской: «Турецкое правительство не отказывалось принять в свои пределы кавказских горцев, желающих переселиться массами. Но при этом оно считало необходимым: 1) чтобы Константинополь и Трепизонд не были единственными пунктами сосредоточения и водворения переселенцев, турецкое правительство предоставляло себе право избрать места для их водворения и 2) чтобы Порте был дан срок до мая 1864 года.

Не могу скрыть, – писал далее Новиков, – что весь план выселения горцев в Турцию приводит здешнее правительство в большое смущение»[13 - Письмо Новикова генералу Карцову от 23 ноября (5 декабря) 1863 года.].

Смущение это охватило не только Турцию, но и европейскую дипломатию, особенно французскую, созидавшую планы противодействия России при возбуждении горцев. Действительно заседание совета турецких министров было в том же году, как совершена при содействии Наполеона III пресловутая экспедиция Лапинского, которая достигла результатов, совершенно обратных предполагаемым.

«Известие о сделанной в земле убыхов высадке и доставленных туда запасов оружия, – писал генерал Карцов Новикову, – быстро разнеслось между горцами и в первую минуту оживило их надежды при внешней помощи на успех сопротивления. Но потом они скоро поняли действительное значение доставленной помощи и потому признали за лучшее просить пощады»[14 - Письмо генерала Карцова Новикову от 19 октября 1863 года № 8.

].

«Турки знают об успехах нашего оружия, – писал Новиков к генералу Карцову, – иностранные представители молчат, но английская колония относится с завистью и недоброжелательством к нашим успехам»[15 - Письмо графа Новикова генералу Карцову от 5 (17) апреля 1864 года.].

В депеше от 4 (16) мая 1864 года вице-канцлеру Новиков подробно описывает свой разговор с французским посланником маркизом де Мутье (Marquis de Moustier) при посещении турецкого министра иностранных дел Али-паши и делает такое заключение: «Видимо, что покорение Кавказа произвело сильное и неприятное впечатление на французское правительство.

Франция огорчается не уничтожением преграды между нами и Турцией, а тем, что мы получили возможность противодействовать ее завоевательным стремлениям на Востоке. Она сожалеет о благоприятных шансах диверсии на Кавказе для восстановления независимости Польши, при содействии Турции, увлеченной против России.