Кавказ. Выпуск XVII. Черкесия

Бывают, однако же, случаи, когда требуется поголовное вооружение, и от него не может отказаться никто, кто только в состоянии носить оружие.

V. Гражданская часть управления не сосредоточена ни в чьих руках. В каждом племени возникающие споры и тяжбы судятся старшинами, тамадой. Старшин выбирают из среды людей, пользующихся добрым именем и известных бескорыстием и мудростью. Они дают присягу в том, что будут разбирать дела по совести и крайнему разумению, что не будут принимать подарков и пр. Старшины эти, люди почетные по летам своим, не имеют никакой определенной власти; обязанность их состоит более в преимуществе давать советы и наставления, но они не повелевают.

VI. С повода обычая, существующего на Кавказе с незапамятных времен (который, может быть, имеет началом la loi du talion), черкес присваивает себе право сам преследовать и мстить за личную обиду, независимо от сего он обязан заступаться и принимать участие в делах не только ближайших родственников своих, но даже целого племени (clan), к которому принадлежит.

VII. Тюрем и телесного наказания не существует. Все наказания ограничиваются штрафами, соразмерными со степенью проступков и увеличивающимися в случае повторений. Если же нарушитель благочиния окажется неисправимым, в таком случае он продается в неволю или бросается в воду с камнем на шее, и это носит название психядзе.

VIII. Каждый без различия имеет право давать кров или приют (droit d’asile) своим единоземцам и оказывать покровительство иноплеменному гостю.

В этом случае хозяин как кунак ручается перед гостем за его безопасность, а перед своими – за его проступок. Тот, кто решился бы поехать в горы без кунака, попадет в плен и будет принадлежать тому, кто первый его возьмет.

IX. Тот, кто имеет средства купить или достать невольников, владеет ими бесспорно.

X. Право собственности существует, следовательно, и право наследства, которое переходит к ближайшему родственнику.

XI. При разделе наследства признается право старшинства, состоящее в том, что сверх доли делимого на равные части имущества старший получает одну ценную вещь.

XII. Нет общественного имущества, следовательно, и общественных заведений.

XIII. Невозможно определить, на каком основании совершился раздел земель, подвергшихся раздроблению на малые участки. Право владения определено, или, лучше сказать, укреплено, за владельцами несомненно, и переход наследства из рода в род бесспорный.

Примечание.