Кавказ. Выпуск XV. Постижение Эльбруса

Приходится проходить по самому большому леднику Европы, в 18 км длиною, носящему название Безингийского.

Еще в Ростове мы решили пробраться в эту страну через Донгузорунский перевал, который нам по пути.

Отдохнув после стремительного подъема, все почувствовали зверский аппетит.

– Ich vill essen (я хочу есть), – по-немецки простонал Рудольф Брешар.

Садимся на площадку хребта и начинаем уплетать колбасу и сыр.

Но уже поздно. Солнце, заходя за горы, бросает на хребет последние лучи. У нас возникает мысль: нельзя ли спуститься с хребта с северной стороны в долину Юсеньги и тем самым сократить путь до Тегенекли.

Немного посоветовавшись, решаем возвращаться по старому пути: уж очень крут северный склон, а у нас нет с собой специального снаряжения. Кроме того, такое неожиданное изменение маршрута вызвало бы напрасное беспокойство у ожидавших нас внизу товарищей.

Начинаем спуск. Встречающиеся снеговые поля используем для «санного продвижения» – садимся на снег, быстро катимся вниз, затормаживаясь альпенштоком перед самым концом снегового поля, чтобы не разбиться о камни.

Снеговые поля помогают быстрому спуску. Через 25–30 минут, осторожно спустившись по осыпям, встречам наших товарищей, уютно расположившихся в густой траве.

– А где же Братолюбов? – бросают нам первый вопрос.

Мы отвечаем:

– Как где? Он же остался с вами внизу?

Нам объясняют, что он не остался, а также пошел на вершину хребта.

Между тем вершина закрылась густым туманом, который, сползая все ниже и ниже, заволакивал склоны хребта.

Начали беспокоиться за Братолюбова:

– Безобразие!! Нужно было подыматься всем вместе, а не устраивать гонки. Если с Братолюбовым случится несчастье, вы будете за это отвечать, – нападал на нас, поднявшихся на хребет, рассвирепевший Самарин.

Но вскоре все успокоились, увидев спускающуюся фигуру. Оказывается, поднимаясь сзади, медленнее, чем мы, Братолюбов отклонился вправо от пути нашего следования и вследствие этого разминулся с нами. Немного подосадовали, узнав, что ему не удалось заснять Эльбрус, так как вершины его были закрыты облаками, когда он взошел на хребет.

На коше Шендригайлова не застали: не дождавшись нас, он один ушел в Тегенекли. Опять пьем айран и, растянувшись в цепь, продолжаем наше возвращение.

Надвигаются сумерки. Лес потерял свои краски. Быстро спускается горная ночь. На базе нас ждет ужин. Проглотив свои порции, за чаем рассказываем окружившим нас экскурсантам о Юсеньги.