Последний тур. Исповедь людоеда. История четвёртая

Галя рассказала, что ночь прошла спокойно.

– А что Залыгин, – спросил врач, – ночью кричал, бредил?

– Нет. Залыгин попросил укол перед сном. А утром, часов в пять потребовал к себе начальника оперчасти.

– Зачем ему Баршин понадобился?

– Не знаю, Виктор Андреевич, – устало ответила Галя. – Я передала дежурному.

Врач отпустил Галю и, дождавшись её сменщицу, пошёл на обход. В палате Залыгина Виктор Андреевич задержался. Максим Залыгин был тяжело болен. Онкология. Вряд ли осуждённый доживёт до освобождения.

Тем более что до него было ещё почти восемь лет. Сам Залыгин знал о своём недуге и уже ни на что не надеялся. Просто ждал смерти. Он мало ел, ни с кем не разговаривал и практически не вставал с постели. Умирал.

Икону Виктор Андреевич увидел на прикроватной тумбочке около Залыгина несколько дней назад. Врач не стал интересоваться, откуда она взялась. Знал, принёс кто–то из персонала. Жалко было Залыгина, хоть и зверь он, и убийца, но человек.

– Здравствуйте, Залыгин, – сказал доктор, подойдя к кровати больного.

 – Про самочувствие спрашивать не буду. И так знаю. Пожелания какие–нибудь есть?

Залыгин медленно повернул голову в сторону врача и хриплым, ослабшим голосом сказал:

– Я просил сестру вызвать ко мне Баршина. Больше никаких пожеланий нет, – больной снова отвернулся к окну.

– Зачем вам Баршин? – поинтересовался Виктор Андреевич.

Залыгин опять повернул голову и зло посмотрел на врача. По свирепому, волчьему взгляду Виктор Андреевич понял, что лучше вопросов не задавать.

Всё равно ответа не получить.

– Хорошо. Галя уже сообщила дежурному. Баршин придёт. Правда, когда не знаю.

Виктор Андреевич не стал говорить больше ничего, молча повернулся и вышел из палаты. Его, привыкшего к разному необычному поведению больных, взгляд Залыгина напугал. Нет, не напугал, а нарушил душевное равновесие. Правильно будет сказать – расстроил. Доктор направился к следующей палате. В эту минуту в конце коридора появился начальник оперчасти майор Баршин – молодой, подтянутый, энергичный.

Он шёл уверенно, громко топая начищенными ботинками. Виктор Андреевич поздоровался с майором и предложил сопроводить его до палаты Залыгина.

– Нет, нет! – остановил доктора Баршин. – Вы продолжайте обход. Я поговорю с ним наедине.

Зайдя в палату, офицер плотно закрыл за собой дверь и подошёл к Залыгину.

– Чего вы хотели, Залыгин? Говорите, у меня мало времени.

– У меня ещё меньше, – пробормотал себе под нос больной.