Семь недель в чужом теле

Наконец, Серафим отдышавшись, поднял тяжёлый взгляд.

– Творец проявил к нам снисхождение, – начал говорить Дионисий. – У вас, Аугусто и Бернардо, есть ещё один шанс. Вашим подопечным возвращены души. Они возвращаются в мир. Но, – он сделал многозначительный жест рукой, – есть одно условие. На то чтобы всё поправить в жизни ваших людей, Творец отвёл семь недель. Если за это время ничего не изменится, то он призовёт к себе их души, а вам предначертано забвение.

После этих слов Серафим сделал жест рукой, давая понять, что Ангелы-хранители могут удалиться.

Но злоключения несчастных близнецов на этом не закончились. Радость от того, что они опять при деле, очень быстро омрачилась тем, что незадачливые Аугусто и Бернардо перепутали тела своих Севастьяновых. Андрюха поселился в теле Андрея Севастьянова, а Андрей в теле моториста. Чтобы не выказывать свою преступную неряшливость, Ангелы решили не сообщать никому о путанице и пока оставить всё как есть. А дальше,…а дальше будь, как будет.

Глава шестая.

Предлагаемые обстоятельства

Теперь уже, окончательно протрезвев, Андрюха как парализованный сидел на зелёном диване. Вокруг всё настолько богато и роскошно, что это не восхищало Андрюху, а напротив – раздражало его.

– Думай, думай, думай матросик, – шептал Андрюха, нервно барабаня пальцами себе по коленке.

Он вдруг вскочил и встал перед зеркалом. Это был не он. Это был шеф – Севастьянов Андрей Владимирович. Но как же так? Андрюха чувствовал это тело как своё. Моторист сел на пол, обхватил голову руками и стал судорожно вспоминать то, что происходило с ним вчера.

Ничего ясного в памяти отыскать не удалось. Всплывали какие-то отрывки, белые стены, человек в красном плаще, ослепительно-белый свет. «А до этого, – пытал свой вялый мозг Андрюха, – что было до этого?» Тут вспомнился шторм. Потом пожар и нога в капкане. Андрюха пытается вытащить шефа на палубу… потом солёная, холодная темнота. Воздух. Его совсем нет.

– Стоп! – вдруг громко сказал Андрюха. – Если я теперь шеф, то где тогда Андрей Владимирович?

Не знал Андрюха того, что там, внизу, в машинном отделении, боцман Крымин с пеной у рта орёт на Андрея, размахивая у него перед лицом полупустой бутылкой «Макаллана».

– Что это, я тебя спрашиваю? – орал боцман, пытаясь добиться хоть какого-то объяснения от моториста. – Ты что, баклан, берегов не видишь? Откуда в моторном отделении бутылка виски? У шефа спёр? Лизнуть хотел втихаря?

Андрей не знал как себя вести.