Живая жизнь. Штрихи к биографии Владимира Высоцкого. Книга 2

Из этих журналов вырезались фотографии звёзд кино: Рудольфо Валентино, Вальтер Слезак, Дуглас Фербенкс и Мэри Пикфорд – их портреты я впервые увидел у Нины Максимовны… И гитара была у них в комнате. Кажется, на ней играла сестра Нины Максимовны – Рая.

И однажды в нашем доме появился Семён Владимирович, он учился в одном техникуме с Володей – братом Нины Максимовны. Красивый, обаятельный молодой человек, очень контактный. А мама моя славилась ещё и тем, что гениально готовила украинский борщ, который очень полюбил Семён Владимирович.

Он мог вернуться домой очень поздно и, не заходя к себе, постучаться в нашу комнату:

– Гися! (они с мамой были «на ты») У тебя сегодня – борщ?

– Борщ…

– Тогда грей!

Мама вставала, разжигала керосинку, грела борщ. Я же говорю, что жили одной семьёй.

Я уверен, что своим умением общаться с самыми разными людьми Володя обязан отцу. Потому что в Семёне Владимировиче, по моему мнению, пропал блестящий актёр. Как он умел «вести стол», как он рассказывал анекдоты!

Семён Владимирович работал на телефонной станции и сумел себе и нам поставить телефоны.

Конечно, это был праздник! Но праздник очень быстро кончился…

– Гися Моисеевна, сестра заболела. Можно позвонить?

– Конечно.

Только болезнью сестры разговор ограничиться, разумеется, не мог…

– Ну, а как там невестка? А тётя Лида приезжала из деревни? Там все нормально?

Соседка чувствовала некоторое неудобство и в качестве благодарности начинала пересказывать весь разговор. Но и противоположные ситуации тоже имели место.

Звонок:

– Гися Моисеевна, Вы очень добрая женщина. Позовите Валю со второго этажа…

В общем, мы были в курсе всех дел нашего дома. Примерно то же самое происходило у Высоцких. Правда, в несколько меньших размерах, потому что они уходили на работу…

Помню Сергея Серёгина, брата Нины Максимовны, знаменитого лётчика-испытателя. Он был репрессирован в сталинские времени. Хорошо помню Николая, двоюродного брата Володи Высоцкого… И вот однажды Николай появляется у нас, появляется после сталинских лагерей.

И попал он туда ни за что, кажется, с голоду украл буханку хлеба… В лагере заболел туберкулёзом… Я помню, как он уезжал из Москвы – здоровый, ухоженный ребёнок, – а вернулся, по существу, инвалидом.

И вот мы втроём – Володя, Коля и я – иногда сидели до утра: Коля рассказывал нам про лагерную жизнь, пел какие-то тюремные песни… Я глубоко уверен, что это оказало влияние на первые песни Высоцкого – так называемые «блатные».